Вы здесь

Древние загадки фараонов. Глава 2. СТРОИТЕЛЬСТВО И УПРАВЛЕНИЕ ПИРАМИДОЙ (Ахмед Фахри)

Глава 2

СТРОИТЕЛЬСТВО И УПРАВЛЕНИЕ ПИРАМИДОЙ

Из всех вопросов, связанных с пирамидами, самый сложный, пожалуй, – это их постройка. Даже римский автор Плиний, который считал, что пирамиды – это «бездельное и глупое выставление напоказ царского богатства», нашел чему в них подивиться. «Самый интересный вопрос, – писал он, – это то, как камни подняли на такую большую высоту».

Возможно, каждый приезжий еще в те времена, глядя на эти колоссальные монументы, думал: как же их построили? В одной только Великой пирамиде насчитывается более двух с четвертью миллионов каменных блоков, некоторые из них весят семь с половиной тонн. Количество затраченных усилий – даже если бы применялось современное оборудование – поражает воображение. Причем всегда следует помнить, что древние египтяне построили эти шедевры самыми простыми способами – до римлян в Египте не знали даже подъемного блока. И при добыче камня, и при постройке каменщики пользовались медными зубилами и, возможно, какими-то железными орудиями, а также кремневыми, кварцевыми и диоритовыми дробилками. Единственными дополнительными инструментами были деревянные ломы, а также деревянные салазки и цилиндры для перевозки. Немаловажным фактором были также специальные знания надсмотрщиков, которые наблюдали за своевременным исполнением различных операций.

Однако передвижение блоков, которые весили от 8 до 10 тонн (а некоторые – до двадцати пяти), отнюдь не казалось трудным тем людям, которые позднее перевозили колосс Рамсеса II в Рамессеум на западе Фив. (Эта гигантская статуя, сделанная из одного каменного блока, весила не менее 1 тыс. тонн.) Еще одним таким подвигом стала перевозка гранитных обелисков, которые все еще стоят в храме Карнак в Луксоре, в Матарии близ Каира, в Танисе на востоке Дельты и во многих странах вне Египта. Некоторые из них весят не менее 300 тонн. Их приходилось привозить из каменоломен, которые находились на самом дальнем юге, близ Асуана, сгружать с барж и ставить вертикально на пьедесталы – и все это в ограниченном пространстве, среди уже существовавших зданий.

Действительно, процесс добычи и перевозки камня и сама постройка этих памятников были настолько обычным делом, что египтянам казалось, что об этом и говорить-то не стоит. Большинство имеющейся у нас информации основано на изучении самих памятников, особенно незаконченных, когда умерли те, для кого они строились.

В ранние годы своего царствования каждому новому фараону приходилось заниматься множеством важных дел. Во-первых, ему предстояла длительная и сложная церемония коронации и решение административных проблем, вызванных сменой монарха. Он должен был также наблюдать за постройками в силу своей обязанности достойно похоронить предшественника.

Однако в конце концов фараон решал построить свою собственную гробницу и давал архитекторам и надсмотрщикам распоряжение заняться этим проектом. Выбор места для новой пирамиды зависел от множества обстоятельств. Фараон мог выбрать участок близ гробниц своих предков, а мог и предпочесть новое место. Однако оно должно было располагаться на западном берегу Нила, над долиной. Этому месту отдавали предпочтение по двум причинам: во-первых, египтяне верили, что царство мертвых находится на западе, там, где садится солнце; во-вторых, западное плато, особенно вблизи древней столицы – Мемфиса, подходило лучше, чем другие места. Плато находится близ обработанной земли; оно резко поднимается на высоту около 200 футов; его поверхность почти совершенно плоская, лишь с немногими природными «дефектами». Более того, к плато вели долины, которые в древности рабочие использовали как своего рода «пандусы» для подвоза стройматериалов, а также место строительства должно было состоять из сплошной скальной массы, чтобы выдержать чудовищный вес проектируемых построек. Вокруг должно было быть достаточно много места для размещения различных построек пирамидного комплекса и гробниц придворных, которые стремились к особой милости – быть похороненными вблизи государя, которому они служили всю жизнь. Еще одно требование – достаточное количество камня в легкодоступных местах.

В тот день, когда место было выбрано, начинались приготовления. Высшие чиновники фараона непосредственно наблюдали за постройкой пирамиды, и сам монарх время от времени приходил, чтобы посмотреть, как идет работа. Строители ничего не оставляли на волю случая. Архитекторы работали по плану, в который обычно были включены все внутренние коридоры и комнаты, хотя некоторые вырубались позднее, из сплошной массы камня. Надсмотрщики тщательно рассчитывали, что им понадобится; бригады каменщиков (у каждой бригады было свое название) начинали вырубать блоки нужных размеров. В основном для строительства использовался известняк из окрестностей пирамид. Некоторые детали, как, например, облицовка коридоров и камер, требовали лучшего известняка, который также добывался вблизи Мемфиса. Внешняя облицовка практически всегда изготавливалась из превосходного белого известняка, который добывали в каменоломнях Туры на восточном берегу Нила, немного южнее современного Каира. Кроме того, отправлялись экспедиции за гранитом в Асуан и в другие специально отобранные каменоломни.

Рис. 4. Перевозка каменных блоков из каменоломен Туры

Тем временем архитекторы фиксировали точное положение пирамиды. Как правило, пирамиды строились так, чтобы их грани были обращены к четырем сторонам света, чтобы вход на севере смотрел на Полярную звезду. Ориентация была не таким уж трудным делом, поскольку египтяне достаточно хорошо знали астрономию, чтобы разработать практический календарь уже на ранней стадии своей истории.

Затем место нужно было разровнять. Предполагают, что это делалось довольно легко: вокруг нужного участка копали рвы, которые затем заполняли водой. Однако не обязательно все выдающиеся части старались сровнять: некоторые из них можно было включить в само здание.

После этого рабочие начинали вырубать основу пирамиды. Лучший пример этой стадии работы – неоконченная гробница фараона Небки в Завиет-эль-Ариане между Гизой и Абу-Сиром, где можно видеть идущий вниз коридор, котлован для погребальной камеры с полом из гранитных блоков и гранитный саркофаг. (Весьма знаменательно, что саркофаг ставили на место уже на столь ранней стадии строительства.)

Рис. 5. Перевозка колоссальной статуи. Из гробницы Джхутихотепа. Эль-Берше

Для транспортировки камней рабочие строили пандусы, которые вели из долины, где располагались каменоломни, на плато. Камни, добытые за рекой или в отдаленных местах, везли на баржах по Нилу и складывали на берегу неподалеку от пирамиды. Теперь начиналась собственно доставка. На камне из каменоломен Туры есть изображение, показывающее перевозку блоков, на котором мы видим волов, везущих салазки. Это было необычно. В основном в качестве тяги использовали большое количество людей, которые тащили салазки за веревки. Согласно другой сцене и сопровождающим ее надписям, 172 человека тащили алебастровый колосс номарха Двенадцатой династии Джхутихотепа из каменоломен Хатну-ба в близлежащий Эль-Берше в Среднем Египте. Высота этой статуи составляла более 6,5 метра, и весила она более 60 тонн. Здесь также показаны люди с ломами; другие льют из сосудов жидкость, чтобы деревянные полозья салазок не загорелись от трения. Обычно думают, что эта жидкость – вода, однако, если мы посмотрим на копии этого изображения, особенно на те, что были сделаны в начале XIX в., когда цвета были еще свежими, мы увидим, что это, скорее всего, молоко. С практической точки зрения это, видимо, было более полезно, поскольку молочный жир дополнительно смазывал полозья. Количество людей, работавших на этого провинциального губернатора, сочли достойным внимания. Автор текста с гордостью пишет об их могучих руках и говорит, что у каждого была сила тысячи человек.

Существовал обычай при перевозке особенно крупных или важных памятников ставить на них приношения и жечь благовония – видимо, затем, чтобы боги благоволили этому делу и привели его к успешному окончанию.

Рабочие весьма тщательно обтесывали грани каменных блоков и клали их на место, используя тонкий слой известкового раствора. После того как укладывали несколько первых рядов камней, уже нельзя было работать без новых приспособлений, которые позволили бы строителям достичь большей высоты. По тем памятникам, которые остались незаконченными, мы с уверенностью можем сказать, что для этой цели служили насыпи из земли и щебня. Подпорные стенки из кирпича удерживали щебень на месте; когда работа была закончена, все пристройки убирали. Последние открытия в Саккаре показали, что такие насыпи сооружались вокруг Незаконченной ступенчатой пирамиды, и, поскольку она не была закончена, они все еще остаются на своих местах. Можно предположить, что египтяне использовали этот способ строительства и при постройке настоящих пирамид. Постройка таких пандусов была почти столь же грандиозной задачей, как строительство самих пирамид. Специалисты в подробностях обсуждали этот вопрос, были выдвинуты различные гипотезы, но большинство согласны с тем, что все пирамиды были построены с помощью пандусов.

Внешнюю облицовку клали на пирамиду снизу вверх, по мере постройки, или же сверху вниз, когда строительство заканчивали и убирали насыпи. Оба способа возможны. Судя по конструкции некоторых мастаб, более разумно предположить, что рабочие ставили облицовку на место по ходу работы и обкладывали поверхность, снося насыпи.

Рис. 6. Разрез насыпи (пандуса), использовавшейся при строительстве пирамиды (по Круну)

Дополнительными вопросами, которые необходимо было решить, являлись кормление и размещение людей, работающих на строительстве пирамид, и подача воды для питья и строительства. Бесплодное, каменистое плато лишено воды, и здесь нельзя копать колодцы. Ответ на эти вопросы был в великолепных организаторских способностях египтян. Они строили примитивные бараки, в каждой комнате проживала бригада не более чем из десяти человек. Специальная группа готовила еду и таскала воду для питья и мытья. Одежда и инструменты выдавались с царских складов.

Такую работу нельзя было сделать за несколько лет. Единственное свидетельство о том, сколько же времени требовалось на постройку пирамиды, оставил нам Геродот. Он упоминает, что на сооружение пирамиды Хуфу понадобилось тридцать лет, из которых десять ушли на строительство насыпной дороги и высекание дополнительных построек. Геродот говорит, что рабочих было 100 тыс. человек и что они менялись каждые три месяца. Осматривая пирамиду и соглашаясь с той цифрой, которую приводит Геродот, мы должны прийти к выводу, что сооружение такого памятника с помощью древних технологий вряд ли отняло бы меньше времени и усилий.

Из-за всех сложных церемоний, связанных с культом умерших, пирамиды окружали множеством других построек. Все это вместе составляло то, что называют пирамидным комплексом. В гробницах-мастабах Первой и Второй династий кладовые для приношений окружали погребальную камеру умершего, членов его семьи и домочадцев. Все это было скрыто навеки, и вход в гробницу (с севера) блокировали и запечатывали. У восточной стороны гробницы стояла простая молельня, основными атрибутами которой были стела или надгробный камень и стол для приношений. Царские гробницы Абидоса были разграблены и разрушены, многое утрачено навсегда. Не следует забывать и о том, что методы раскопок в XIX в. были менее точными, чем современные, и поэтому археологи могли пропускать детали, которые нам кажутся значительными. Например, во время недавних раскопок гробниц этого периода в Саккаре и Хелуане археологи обнаружили ямы для лодок. Они были выкопаны по бокам мастабы – вне зависимости от того, принадлежали ли они представителям царского рода или частным лицам. Возможно, были они и в абидосских гробницах, однако ускользнули от внимания археологов XIX в.

Как мы уже видели, в начале Третьей династии произошли значительные изменения в конструкции царских гробниц. У гробниц нового типа – ступенчатых пирамид – на северной стороне находился храм, а на южной – большая гробница фараона. Фактически последняя должна была использоваться не для погребения, а для чего-то другого, поскольку Джосер был похоронен в своей Ступенчатой пирамиде. На восточной стороне не было обнаружено никаких следов часовни и до сих пор не было обнаружено и лодок.

Царствование Снофру, основателя Четвертой династии, стало началом новой эры в египетской архитектуре. Именно этим временем датируются первая настоящая пирамида и пирамидный комплекс: они стали общепринятой моделью для строителей. Комплекс состоял из следующих частей:

Пирамида в каменной ограде (иногда ее называют теменос).

Заупокойный храм перед восточной стороной пирамиды.

Молельня перед входом на севере[3].

Рис. 7. Пирамидный комплекс Пепи II на юге Саккары (Реставрация)

Небольшая ритуальная пирамида в собственной ограде снаружи стены южной ограды главной пирамиды. У этой пирамиды также был свой небольшой храм с двумя стелами спереди у восточного фасада и, возможно, храм перед входом с северной стороны. Она никогда не использовалась для погребения, в ее небольшой внутренней камере находились только вазы и керамика.

Вырубленные в скале ямы в виде лодок. Они пока не были обнаружены вокруг пирамид Снофру, поскольку те места, где они могли бы находиться, все еще не полностью раскопаны, но они встречаются у пирамиды сына Снофру – Хуфу, а также в Абу-Роаше, у Второй пирамиды Гизы и в других местах. Задолго до обнаружения больших деревянных ладей к югу от Великой пирамиды в одной из больших ям для ладей, принадлежащих к тому же комплексу, были обнаружены куски позолоченного дерева и канатов.

Большой пандус (насыпная дорога) связывал ограду верхней пирамиды с нижним храмом близ границы обрабатываемой земли.

Нижний храм находился на нижнем конце дороги и служил входом в весь комплекс. Здесь стояло множество статуй и стел.

Тело умершего фараона привозили в нижний храм, чтобы омыть и очистить его; затем оно подвергалось различным процессам мумификации. Ученые доказали, что в эпоху Четвертой династии в этом храме проходили три важные церемонии. Первая из них – омовение и очищение тела. Этот ритуал продолжался недолго. Второй – мумификация – длился гораздо дольше. (В гробнице одной из цариц в Гизе засвидетельствовано, что между ее кончиной и погребением прошло 272 дня.) Третья церемония, именовавшаяся «Отверзание уст», исполнялась после завершения мумификации в день погребения. Это был магический обряд, предназначенный для того, чтобы тело снова смогло говорить и пользоваться приношениями в другой, намного более важной жизни, которая должна была начаться после смерти.

Рис. 8. Жрец хем-нечер. Изображение в одной из гробниц некрополя Гизы

Омовение тела могло происходить в первом зале нижнего храма, а может быть, и на его крыше. Мы не знаем, где происходило бальзамирование. Однако все специалисты согласны с тем, что «Отверзание уст» производилось перед статуями в большом зале храма. Позднее эти церемонии проходили в заупокойном храме к востоку от пирамиды.

После того как мумию клали в гробницу, вход в пирамиду закрывался навеки: он был скрыт за одним из камней облицовки, а жрецы начинали свои службы, которые должны были длиться вечно. Заупокойные службы по умершему фараону в храмах при пирамидах состояли в основном в ежедневных приношениях; каждый предмет сопровождался специальной молитвой или другим ритуалом. Эти приношения напоминали подачу на стол вполне земного обеда. Приношения сопровождались церемонией очищения, в которой важную роль играли курения, шарики натра и чистая вода. За этим действом следовали возлияния и конечное очищение. Были также специальные обязанности и церемонии в официальные праздничные дни, которых в египетском календаре хватало. Народ, возможно, принимал в них участие и имел доступ к отдельным частям храмов.

Сын умершего фараона должен был подготовить погребение своего отца, принять участие в некоторых церемониях и завершить незаконченные части гробницы. Некоторые исполняли свой долг добросовестно, некоторые – только отчасти (если занимались этим вообще). Несомненно, важным фактором была и политическая ситуация в эпоху перемен.

Жрецы, которые служили богам, царям и царицам, назывались хем-нечер (слуги бога). Те, кто служили культу лиц нецарского достоинства, именовались хем-ка (слуги Ка). Кроме того, культы и фараонов, и частных лиц требовали услуг жрецов (очистителей). Жрецы уаб служили фараону при его жизни; этим титулом величали также врачей. Как среди хем-нечер, так и среди уаб были различные степени. Некоторые были новобранцами, некоторые – наблюдателями и надсмотрщиками.

Жрецы читали молитвы и песнопения особым способом, с особыми жестами и позами. Если церемония совершалась не по ритуальной традиции, она считалась недействительной. Для каждой пирамиды требовалось большое количество жрецов, занятых ее культом; они делились на смены, которые стояли на посту в определенное время дня и в определенные дни месяца. У большинства жрецов были и мирские должности. Женщины также могли занимать определенные должности в жречестве культа пирамид; им не был закрыт путь и к самой высокой должности – хем-нечер[4]. Определенные жреческие звания были наследственными в некоторых семьях на протяжении многих поколений. Это объясняет то, что одно и то же имя встречается среди жрецов различных периодов. Например, в эпоху Древнего царства жил человек по имени Снофрухотеп, занимавший должность «наблюдателя за жрецами Снофру», и в эпоху Среднего царства можно было встретить человека с тем же самым именем и титулом. Он, скорее всего, был потомком первого Снофрухотепа. Люди, принимавшие участие в культе бога или фараона, зачастую носили имена, в которые входило имя бога или царя, которому они служили.

Фараоны завещали своим гробницам большие угодья, так что жрецы могли делать приношения вечно. Пожертвования были бессрочными, и культы фараонов, похороненных в период Древнего царства, продолжали существовать тысячи лет. Известно, что жрецы Снофру, Хуфу, Джедефра и Хафра продолжали свое служение в руинах храмов еще при Птолемеях. За поместьями следило огромное количество светских чиновников. Это были охранники, писцы, хозяева тайн (секретари), надсмотрщики и люди, которые смотрели за имуществом храма. Вдобавок были крестьяне-арендаторы, которые обрабатывали земли в поместьях при пирамидах и в обмен снабжали храмы продуктами. Административные здания этих поместий обычно стояли неподалеку от храмов. Тут же находились и дома жрецов.

Итак, молчащие ныне руины пирамид и их храмов некогда были полны жрецами, совершавшими приношения умершим фараонам. Сегодня мы находим здесь только камень, щебень, а иногда – стены. Но некогда пирамиды с их блестящей белой облицовкой озаряли окрестности, рядом возвышались величественные храмы, в залах которых звенели гимны и песнопения достойных жрецов, таких торжественных и величественных в своих белых одеждах. Алтари, покрытые цветами, ломились от приношений, и атмосферу благоговения дополнял аромат благовоний. Но хотя сейчас не слышно молитв и в стенах больше не звучит эхо песнопений жрецов, фрески и надписи, погребенные в могилах и храмах, свидетельствуют о яркой жизни, потухшей с течением веков.