Вы здесь

Дневники стюардессы. Лихие 90-е. Глава 3 (Дарья Кова, 2017)

Глава 3

Белый дом окружило не менее десяти тысяч человек, казалось, люди были везде, они занимали прилегающую территорию сплошным покрывалом. Все кричали о поддержке Ельцину. Многие строили баррикады, боясь возможного штурма Белого дома.

Эвелина не была с ними солидарна, она просто хотела уйти оттуда. Каким-то чудом девушка протискивалась сквозь плотные ряды граждан, пересекая Калининский мост, возле которого на обратной стороне реки столпились танки. Ее слезы уже высохли, но душа рыдала. Она так и не могла понять, что происходит.

Около двух часов дня Иви оказалась у родителей, они были крайне взволнованы, ни о чем не подозревал только ее двухгодовалый сын.

– Доченька, как хорошо, что ты дома, – всхлипывала мать Эвелины. – Мы так волновались. – Все программы не работают, показывает только Первый канал и на нем говорят, что Ельцин предатель. Что исполняет обязанности президента теперь вице-президент потому, что Горбачев отстранился от власти. Создали ГКЧП, чтобы навести порядок, не дать Ельцину подписать договор об СНГ и развалить Союз. А что там на улице творится? – смотрела она выжидающе в глаза дочери.

– Мама, на улице совсем другое. Я пробиралась сквозь толпу поддерживающих Ельцина, – произнесла она и отхлебнула чай, который приготовила ей мать.

Эвелина взяла на руки сына и приготовила ему обед.

– Мам, а от Кирилла не было вестей? – спросила девушка о муже.

– Нет, надо бы позвонить на комбинат, – Ольга Тарасовна не на шутку разволновалась о зяте.

– Да, мне нужно позвонить мужу, – произнесла Иви.

Она сняла трубку и набрала номер, который знала наизусть. Это был телефон начальника смены комбината, где работал ее муж Кирилл.

Обычно Алексей Иванович брал трубку сразу, либо за него это делал кто-то другой. В этот раз никто не ответил. Казалось, на месте никого не было.

После нескольких попыток дозвониться до начальника мужа, Эвелина бросила звонить. Женщина занялась сыном, пытаясь отвлечься от мыслей, что с мужем что-то произошло. Она должна быть сильной для своего ребенка и Иви справится со всеми трудностями.

Уже прошли почти сутки, а от мужа так и не было вестей. На улице объявлен комендантский час еще с вечера 19 августа. Никто из членов семьи Эвелины не выходил на улицу, только ее мама звонила подругам и интересовалась, что у них происходит. Иви же сидела с малышом на кухне и готовилась к самому страшному – стать вдовой в 24 года. На улице хаос, а ее муж где-то там. Она не могла плакать, просто боялась это делать. Ей казалось, стоит ей позволить себе зарыдать, как плотину ее сорвет, она не сможет остановиться. Девушка держалась из последних сил.

– Давайте новости посмотрим, – сказал отец Эвелины Максим Прокопьевич.

Было без пяти три, скоро начнется трехчасовое «Время». Семейство расселось на диван и отец включил новенький цветной «Витязь».

Диктор поприветствовал зрителей и начал свою новостную речь, которая возможно перевернула ход истории. Он разрушал все надежды на светлое будущее, уничтожая каждым произнесенным словом Союз республик, забивая своими новостями последние гвозди в крышку его гроба.

В начале 90-х программа «Время» и Первый канал были оплотом правды. Диктору поверили. От его слов все были в шоке и большинство переметнулись к Ельцину. Такова была история развала Союза. И ведь никто и не подумал, что верстку текста делала просто злая и обиженная женщина, что, по сути, правда в словах была однобока, а то и вообще перековеркана.

Эвелина переглянулась с родителями, они находились в состоянии немого шока.

«Президент России Борис Ельцин издал указ, в котором ГКЧП признается антиконституционным… Все его решения не имеют силы на территории РСФСР…

Указом президента России действия организаторов ГКЧП квалифицированы как государственный переворот. Объявлены вне закона Янаев, Павлов, Крючков, Пуго, Язов и другие…

Еще один указ Ельцина: все функции исполнительной власти СССР на территории России переходят к правительству РСФСР…


Обращение Ельцина к военнослужащим… Обращение к москвичам…Указ об объявлении всеобщей политической забастовки…

Руководители России предъявили ультиматум: в 24 часа организовать встречу с Горбачевым…

Верховный Совет РСФСР соберется завтра на чрезвычайную сессию…

Президент США в разговоре по телефону с Ельциным заявил о поддержке Горбачева и выразил озабоченность действиями ГКЧП…»

Потом пошли «зарубежные отклики»: подборка коротких цитат из комментариев иностранных СМИ, не оставлявших от организаторов путча камня на камне. Потом – как ни в чем не бывало, короткая сводка погоды, и выпуск новостей закончился, словно это был мираж.

Все казалось настолько странным, особенно с учетом того, какие новости шли ранее. Так кто же прав, а кто виноват? Действительно ли путчисты захватили власть или ее им передал трусливый Горбачев?! Тот самый Горбачев, который после путча говорил, что не знал о якобы захвате власти, тот самый, который спустя двадцать лет, в 2011 году скажет все-таки правду. Признается, что именно с его слов власть была передана вице-президенту, именно он дал добро на введение чрезвычайного положения в нескольких республиках Союза в связи с необходимостью. Что антиконституционным был захват власти именно Ельциным.

Вечерний выпуск новостей кардинально отличался от трехчасового. В нем рассказывали о том, что Ельцин провокатор, что именно он пытается захватить власть. Кому верить, Эвелина не знала.

Кирилл появился только в три часа ночи 21 августа. По его рассказу начальство комбината направило всех сотрудников на защиту Белого дома в добровольно-принудительном порядке. Для тех, кто не пойдет – увольнение. Вот он и пошел. Ему кормить семью. А согласен ли он с политикой или нет, никого не волнует. Только в два часа ночи его отпустил «надзиратель», к которому сотрудники подходили и отмечались о своем присутствии.

– Ладно, милая, я спать, – поцеловал он Эвелину и малыша, после лег, не раздеваясь, в постель.

Через минуту муж захрапел, а Иви взяла на руки проснувшегося сына и стала убаюкивать. Что вообще происходит? Теперь вера в то, что защита Белого дома благое дело еще больше пошатнулась. Как можно заставлять идти людей на митинг под угрозой увольнения?! Но то, как выглядел тот злополучный выпуск новостей для большинства граждан страны, стало понятно. Это как прорыв из информационной блокады чистых помыслами политиков. Выглядит так, как полный захват власти, а Ельцин всеми силами противостоит. Но люди-то не знают, что многих митингующих созывают принудительными методами.

После пробуждения Кирилл рассказал о митинге в 12 часов 20 августа, о том, что народу было так много, что казалось, собралась пятая часть Москвы. Руководство комбината раздало многим плакаты и его коллеги расхаживали с ними, выкрикивая лозунги. Кирилл был там с утра 19 августа, тогда же, когда Эвелина шла пешком с Манежки домой.

Это было как театральное представление, игра в хороших и плохих. И, кажется, плохие выдали себя за хороших.

С тех пор прошло четыре года, ситуация изменилась и далеко не в лучшую сторону.