Вы здесь

Герцогство на краю. Глава 4 (Н. М. Кузьмина, 2012)

Глава 4

– Краш фэк! Вот тролль криволапый! – услышала я спозаранку от жениха вместо привычного «С добрым утром!».

Разлепила глаза, заморгала, удивленно вытаращилась на Аскани и сама выдала такое, от чего благоденский пастух Фролка покраснел бы, а коровы, если б сумели понять и оценить, попадали в обморок вверх копытами.

Посреди белого лба, в обрамлении черных волос, красовалась здоровенная синеватая шишка с парой отметин-кровоподтеков, будто Аса в лоб страус долбанул. Вроде вечером ничего такого аномального не было… а сейчас – фонарь призового размера!

– А я думал, мне приснилось, – радости в голосе Аскани я не услышала.

– Что приснилось? – не поняла я.

– Мне приснился ворон. Он ругался. Матом. Сказал, что я сам без дракона останусь и тебя подведу. И что нельзя бесконечно крутить кольцо на пальце – этим я мешаю росту магии, а дракон так вообще зародится неведомо когда. А если зародится и я продолжу – он умрет. Что раз, два, как тогда, когда я попал под приворот, это допустимо. Но не каждую неделю! И, – Аскани замялся, – что мечтать спать рядом с обнаженной любимой голым и плавать с ней в одной ванне в возрасте четырнадцати лет – это для дураков, а не драконов. А потом обругал меня ещё раз – я и слов-то половину не понял! – и долбанул клювом в лоб. Больно! Каркнул, что вылечиться не смогу – пусть само заживает, обозвал идиотом и улетел.

Я обалдело захлопала глазами. Ворон? Ой!

Аскани приложил к шишке ладонь лодочкой, прикрыл глаза… из-под ладони заструился зеленый свет. И внезапно заорал и подпрыгнул, отдергивая руку.

– Жжёт! Вот гад!

Предсказуемо, не прошло и трех секунд после вопля Аскани, как в дверь влетел Бредли в нижних портках и с мечом наголо. И тоже уставился на шишку на лбу Аса:

– Кто?!

– Герцог тер Дейл нанес ночной визит вежливости, – небрежно махнул белой кистью Аскани.

Выдал он это таким непринуждённо-великосветским тоном, что я уткнулась в подушку, чтобы не захохотать. Ага! По ночам герцоги ходят друг к другу в гости, чтобы надавать друг другу по лбу! Вот стану герцогиней и как пойду по гостям!..

– Шон тер Дейл? – изумленно переспросил появившийся в дверях ещё небритый Росс. Серые глаза изумленно расширились, когда директор узрел украшающий лоб Аскани фонарь. – Мм-м… Расскажешь, чем заслужил такую честь?

Я, отвернувшись, натянула одеяло чуть не по макушку, чувствуя, как пылают уши.

И было отчего…


Начался вчерашний вечер с того, что я решилась, наконец, поплавать в ванне, на которую до того лишь смотрела восхищенным взглядом. Гладкая, белоснежная, с широкими пологими бортиками. И огромная! Длиннющая – целых четыре локтя по дну, в два локтя шириной, и такой глубины, что, когда сидишь в ней, воды по подбородок, а может, и выше. Покрутила золоченые краны – и из них полилась горячая вода. Потом стала разглядывать стеклянные флаконы причудливых форм с непонятным содержимым, нюхать разложенные куски мыла, угадывая по запаху добавленные в них травы. Рассмотрела и пощупала удивительную морскую губку, которой полагалось тереть тело… Когда ванна наполнилась наполовину, решилась – взяла флакон, запах которого понравился больше всего, и налила немного прямо под струю. К моему изумлению, над водой тут же взбухла шапка душистой белоснежной пены. Взвизгнув от восторга, сбросила одежду и нырнула…

Вот как живут герцогини! Словами такого было не описать – гладкость дна и стенок, душистый пар и нежная пена, и сама я таяла от восторга, лишь время от времени начиная шевелить ногами, чтобы ощутить кожей ласку горячей воды. Лежала бы так век! Или хотя бы всю ночь. И ведь могу! Горячая вода тут не кончается. А иссякнет – сама подогрею, я же умею! Закрыла глаза и начала водить ладонями по ароматной шапке пены, наслаждаясь непривычными ощущениями.

– Тим, нравится?

Упс! Ас? Ну, меня не видно, только нос торчит, но мог бы и постучать…

– К тебе можно?

– Нельзя! – брякнула я, прежде чем успела подумать.

– Ладно, ухожу, – разочарованно вздохнул Аскани. – А какое мыло ты взяла? Вот, посмотри, светло-зеленое самое душистое, – протянул мне… и уронил кусок в ванну. После чего запустил руку по плечо в воду – ловить упущенное мыло, напоролся на мою ногу, я брыкнулась, он потерял равновесие, попытался опереться о скользкую стенку ванны, получил от меня пяткой в нос и, как был, в тунике и портках, плюхнулся в воду, устроив лужу на полу.

То, что случилось потом, рассказать было нельзя вообще. Никогда и никому.

Он сумел уболтать меня, что всё равно уже мокрый, а места тут хватит на школьную команду голкири. И что плавать в тунике и штанах – это полный бред – всё равно под пеной ничего не видно. Я сидела с красными щеками, понимая, что нас заносит куда-то совсем не туда, а Ас у противоположного края ванны выглядел абсолютно счастливым. Но это всё – цветочки.

Вот когда он вылез из ванны, заставив меня зажмуриться, вытянул меня следом, промокнул полотенцем и на руках понес в кровать – это было уже сущее безумие. И частый стук его сердца, и то, что между нами не было одежды, и горячие губы, целовавшие мое влажное плечо… И наконец, когда я забилась под одеяло, как испуганная мышь, он влез ко мне, а потом убедил, пока сохнем, поиграть в безобидную игру. Ничего особенного – просто поцелуй. А задача – захватить ртом нижнюю губу своего противника. Кто первый поймает – тот и победил! Это «ничего особенного» вылилось в полноценную баталию с катанием в обнимку по кровати, когда то я, то он оказывались сверху…

Перед сном мы всё же оделись. Он сиял. А мне было жутко неудобно – я сама обнимала парня – голого парня! – и мне это нравилось! И неважно, что сейчас он – Огурец…

И вот – доигрались.

Ас получил по лбу.

А я теперь сопела носом в подушку, напряженно размышляя, знает ли Шон о наших вчерашних художествах? Выходило, что знает. Не знал бы – не прилетел. Стыдно-то как!


Не поняла, что передал ментально Ас Россу, но тот усмехнулся и сменил тему. И сказал, что раз ничего страшного не случилось, пойдет умоется, а через двадцать минут ждёт нас в покоях Аскани.

Бредли тоже вышел вон. Я так поняла, что имя герцога тер Дейла для него что-то значило.

Я отлипла от подушки и смущенно посмотрела на жениха.

– Тим, иди ко мне на плечо. Поговорим.

– О чём? – я чувствовала себя растерянной. И по-прежнему было безумно стыдно.

– Посмотри мне в глаза и послушай. Так вот – я ни о чём не жалею. Ты – самая красивая и желанная, и я очень тебя люблю. И то, что я вытворял, я делал специально, чтобы ты потом, когда вырастешь, могла стать счастливой.

– Как это? – захлопала я глазами.

– Так. Вот как думаешь, зачем Росс, сняв тебя со стены башни, не опустил сразу вниз, во двор, а поволок под облака – показывать замок сверху?

Я задумалась.

– Потому что я была лёгенькой, а замок красивый?

Ас вздохнул.

– Ну ладно, задам вопрос попроще: скажи, зачем Сианург заставляет того, кто вылетел из седла, тут же садиться на лошадь снова? Даже если урок почти закончился?

Это я знала. Сианург объяснял. Для того чтобы испуг не пустил корней в душе и чтобы человек не начал бояться лошадей и падений. Но тогда, выходит, и Росс, взяв меня в полёт под облака, туда, где парят орлы, помог мне преодолеть возможный страх перед будущими падениями и высотой? Но высоты я никогда не боялась – она меня тянула, как притягивает морского котика океан…

– Верно, – кивнул следивший за ходом моих мыслей Ас. – А вот когда тебя маленькую напугали благоденские уроды, то рядом не оказалось никого, кто объяснил бы, что парни – это не зло. Не всегда зло. Понимаешь? И чем больше бы времени прошло, тем сложнее было бы тебя переубедить. Вспомни, как ты шарахалась от меня вначале! Я думаю, что если бы ты дожила такой, как была год назад, до восемнадцати, исправить бы было уже ничего нельзя. Ты вырастила бы дракона, ты была бы свободна и сильна… но эта сторона жизни была бы для тебя навсегда закрыта. Ты не могла бы никого полюбить и стать по-настоящему счастливой.

Вздохнул.

– Прости, что говорю сбивчиво. Объясняю, как сам это понимаю. Но сейчас ты оттаяла… и я так рад!

Прикоснулся к шишке, болезненно поморщился и подмигнул:

– Поцелуешь меня?

Я протянула руку и ласково провела пальцами по гладкой коже его щеки. Он улыбнулся уголком рта:

– И этого довольно. Я знаю, ты относишься ко мне не так, как я к тебе… но всё равно постараюсь сделать всё, до чего додумаюсь, для твоего счастья. А если ты вырастешь и полюбишь кого-то другого… – вздохнул. Замолк. Потом продолжил: – Ну, лишь бы у тебя было всё хорошо. А у меня тоже неплохие шансы тебе понравиться, хоть я уже и не герцог – не урод, не глуп, не криворук…

Он с таким серьезным видом перечислял это, подняв руку и загибая пальцы, что я, не выдержав, засмеялась. А потом потянулась к его подбородку губами, чтобы поцеловать. Не достала. Полезла к нему на грудь. Ас тут же сделал страшные глаза, изобразил, что озирается, глядя направо и налево, а потом выдал шепотом:

– Тссс! И не думай!

– Почему? – удивилась я. Что за странности? Сам же вроде просил поцеловать.

– А то он приснится и тебе, и утром ты тоже проснешься с шишкой!

Представив себе картину симметрично шишковатых нас с Асом, я заколотила пятками по кровати. Тролль знает что! А ещё краше – галерею владетелей замка Сайгирн и наши с Асом портреты с фингалами на лбах!

– Ну ладно, – вздохнул Ас. – Болтать в кровати хорошо, но пора вставать. За завтраком у нас будут гости, а потом просто поглядим, что из всего этого выйдет.

Я уже догадалась, что задумал Росс. Оставалось посмотреть, как именно наш директор это провернёт.

* * *

Вчерашняя шёлковая туника после тесного знакомства с башней пришла в негодность. Как и штаны. Мне было их жаль, очень жаль, но Ас сказал, что заказать новые – это не проблема, а мне надо не страдать по паре тряпок, а радоваться, что сама уцелела.

Сейчас я надела вторую тунику, ту, что посветлее. Волосы привычно подвернула.

Ас снова тут же влез со своим ценным мнением, заявив, что мне стоит подумать над другой причёской – например, низким пучком на затылке с одним выпущенным на плечо локоном. Всё равно сейчас меня – с такой шеей и глазищами в пол-лица – за мальчика способен принять только лорд Барака. Со злости. Шею Аскани обозвал гусиной. Или лебединой? В общем, аномально длинной и тощей. На себя бы посмотрел – килька чернявая!

Сам он выбрал утренний бежевый костюм со вставками цвета грозового неба, распустил черный шелк волос и увенчал чело поверх своей шишки легким золотистым обручем с красивым изгибом мыска и камнем, похожим на тот, что качался в его ухе. Кстати, иллюзии Шонову шишку не брали тоже. Похоже, маг рассердился не на шутку.

И всё равно, даже с битым лбом, смотрелся Аскани сногсшибательно.

И я рядом с ним – серый воробей на тощих ножках.

Взявшись за руки, мы отправились в герцогские покои, где собирались перед завтраком перекусить в тесной компании и обсудить дела.


И похоже, опоздали. Поднос был уже почти пуст. На моих глазах довольный Шадиярр подцепил с тарелки последний тоненький ломтик буженины и, скатав трубочкой, отправил в рот. Вот зараза с драконьим аппетитом!

– Ас, Тим, привет! Отличное мясо!

– Привет! – обернулась бродящая по покоям и с любопытством тыкающая во всё пальцем Шиарра. Увидела Аса. Глаза чуть расширились, рука затеребила огненный локон. – Приве-е-ет! – протянула рыжая драконица уже совсем другим тоном. Голос будто обрел глубину, в нем звучала хрипотца и словно бы зов…

Я невольно стиснула сильнее ладонь Аскани. Тот ответил легким пожатием. Но Шиарра, одетая сегодня не в затрапезный охотничий костюм, а в изумрудного цвета амазонку, была необыкновенно хороша. Яркая, экзотичная, как тропический цветок. И такая же влекущая.

– Сестричка, не тронь недолетку! – рассмеялся Яр, встряхнув каштановой шевелюрой. Ага! А сам с интересом косится на меня. Вот делать этим драконам нечего!

Отвела взгляд, оглядывая остальных. Поклонилась сидящему рядом с Россом светловолосому Андресу тер Дорату, коротко кивнула уткнувшимся в карту Крассу и Евфроту. Интересно, коричневый у них – это униформа? Или просто дело вкуса и практичности? Как бы то ни было, в одежде другого цвета я их не видела ещё ни разу.

Лорд Йарби прервал беседу с другом, посмотрел на нас:

– Присаживайтесь, перекусывайте и пойдем порадуем лорда Бараку. Думаю то, что его дозорные даже не заметили, как в замок прилетели драконы, станет бо-ольшим сюрпризом! Впрочем, как и сами драконы…

Я присела на краешек дивана возле Росса, Ас пристроился на корточках рядом. Сидящий напротив Шадиярр вздохнул… и тут же стал уговаривать меня скушать яблочко. Да они что все, ополоумели? Мне по-прежнему ещё нет четырнадцати! Сейчас сама всем шишек понаставлю!

Яблоку я предпочла булку с маком, запила её тайрой[2] и сказала, что готова идти. Ас тоже управился быстро. Впрочем, ни у него, ни у меня не хватило духа отказаться, когда драконы предложили для нас порычать. Этот зов, идущий из глубин, вибрация до самых костей, пронзающая душу мечта о крыльях и свободном полете – разве можно такое отвергнуть?


В трапезную мы опоздали тоже. И когда вошли, все головы повернулись – придворные уставились на нас. Шиарра не шла, а скользила, грациозно покачивая бедрами, справа от Аса, и я услышала, как кто-то из сидящих за столом мужчин восхищенно присвистнул. Леди же разрывались, таращась поочередно на Аскани и идущего рядом со мной Яра. Лишь я на этом пиру для глаз была невидимкой. Впрочем, по мне, так было только лучше.

Пока принесли три дополнительных кресла, пока расселись, лорд Барака пришел в себя. И тут же прицепился к Аскани. Вот так я и знала, что поесть спокойно нам не дадут! Сам-то уже налопался – вон, от жареного поросенка на блюде одна голова с ушами осталась! – и теперь с разговорами пристает.

– Сын!

От такого обращения на лице Аса появилась гримаса, словно он муху проглотил. Лорд Бартоломе довольно клацнул челюстями и повторил:

– Сын! Не представишь нам своих гостей? И я не видел, когда они приехали?

– Отчего же, дорогой опекун, разумеется, представлю, – прищурился Аскани. – Мои гости и не въезжали в ворота, им они без надобности, – и сделал паузу, ага, пусть лорд Барака голову поломает, что бы это значило? – Итак, познакомьтесь, дражайший опекун, – лорд Андрес тер Дорат, леди Шиарра и лорд Шадиярр.

Представленные коротко кивали, а затем как ни в чём не бывало снова возвращались к еде. Леди Шиарра взяла двумя пальцами крупную клубничину, задумчиво покрутила за черешок, поднесла к коралловым губкам, облизнула ягоду… Прикрыла от удовольствия глаза.

– Оо-о, – пронесся вдоль стола дружный мужской вздох. А один из викингов от избытка чувств грохнул по столу кулаком так, что тарелки подпрыгнули.

Она их дразнит! Нарочно! – дошло наконец до меня. А зачем?

«Затем, – зазвучал в голове женский голос. – Выведи людей из равновесия, и проникнуть в их мысли станет намного легче. Теперь я понимаю, зачем твоему жениху и родичу понадобилась наша помощь. Мы поможем. Но тех белобрысых здоровяков я прочитать не могу – что-то мешает».

– Леди и лорды прибыли, чтобы помочь господам Крассу и Евфроту в их нелегком труде, – прохладный спокойный голос Аскани доносился до дальних углов трапезной. Присутствующие навострили уши. Ас оглядел аудиторию и продолжил: – Тут выяснилось, что за последние годы вы, уважаемый опекун, вкладывали собранные налоги в улучшение жизни моих подданных… причем делали это каким-то удивительным образом. Зачем, например, было в деревеньке Заозерная, где всего пятнадцать дворов, мостить центральную улицу и деревенскую площадь камнем? Причем, судя по цене – тарганским мрамором, никак не хуже. А зачем нужна плотина на речке Ярвее, где всего одно поселение, да и наводнений там отроду не случалось? Вот господа императорские аудиторы и решили досконально выяснить, на что ушли деньги из герцогской казны. Взглянуть, так сказать, своими глазами.

У лорда Бартоломе в руках треснул бокал. Аудиторы понимающе переглянулись.

До конца завтрака за нашим концом стола царило молчание. А за нижним шло оживленное шебуршение и перешептывание.


Мы стояли в центре мощеного двора. Лорды Росс и Андрес водили пальцами по карте. Красс и Евфрот спокойно ждали. Яр, задрав голову, разглядывал башни со свесившимися с них и в свою очередь пялившимися на нас дозорными. Шиарра уже налюбовалась изысками местной архитектуры и сейчас пыталась разговорить Аса. Ас на провокации не поддавался и сжимал мою ладонь. Я вздыхала, косясь на толпу придворных с Баракой во главе, которые притащились вслед за нами, чтобы посмотреть – что же будет дальше?

– Значит, Андрес, запиши сам всё на кристаллы, чтобы ни споров не было, ни летать второй раз не пришлось. Одну копию нам, другую – в Ларран.

– Понял, – встряхнул светлой гривой лорд Дорат. – Вы тут поосторожнее, мне мои драконята уже рассказали, что вчера Тим чуть не погибла.

– Да, мой недогляд… Ну, хватит болтать! Вечером посидим, спокойно всё обсудим.


Мы отошли к стене, оставив в середине двора только Шиарру с братом. Те обернулись к толпе, зубасто сверкнули белоснежными улыбками… и превратились в драконов.

Надо сказать, эффект превзошел ожидания – нестройный хор охов, ахов, взвизгиваний и неразборчивой матерщины прозвучал для моих ушей дивной музыкой – я уже тоже от всей души успела возненавидеть лорда Бартоломе и его свору подпевал. Три дамы снопами завалились в обморок, причем одну не успели подхватить. Ас ментально хихикнул: «Ближайшая подруга Янгиры. Как видишь, народной любви не заслужила».

Светловолосый маг и аудиторы подошли к драконам. Мне было интересно – как люди будут взбираться на спины огромных зверей? Оказалось, ничего волнительного – изумрудная драконица повернула голову к одному из аудиторов – тот плавно поднялся в воздух и аккуратно опустился на загривок Шиарре. То, что в полете аудитора будет поддерживать магия, я уже знала и, если честно, отдала бы трехмесячный заработок, чтобы сейчас оказаться на его месте. Серо-голубому Шадиярру, который был немного крупнее сестры, предстояло нести двоих.

«Нехорошо лорд Барака встал, нехорошо!» – ментально усмехнулся Росс.

«Почему?» – удивилась я.

«Видишь, сколько там на земле соломы и всякого мусора валяется? Прямо перед ним. А теперь смотри!»

Драконы внезапно будто просели вниз. А потом распахнули с грохотом крылья и оттолкнулись задними лапами от брусчатки, одним махом вознесшись до середины башен. Крылья синхронно ударили воздух, давая новый импульс… взмах, ещё взмах… и огромные звери взмыли над замком.

Со стороны придворных снова неслись визги пополам с руганью – вся поднятая вихрем солома с мостовой удачно оказалась за воротниками и в прическах местного бомонда.


Того, что произошло после, мы не ждали – внезапно с одной из башен вылетела стрела. И Шиарра, делавшая плавный разворот с распахнутыми крыльями, была сейчас слишком близко, слишком уязвима. Времени увернуться у неё не было. Казалось, ещё удар сердца, и стрела вопьётся ей под левое крыло… казалось. Палочка стрелы вспыхнула соломинкой и развеялась пеплом. А с башни будто выдернуло в воздух латника – с раззявленным от ужаса ртом, колотящими по воздуху конечностями и горящим луком в левой руке.

«Ловите! А мы полетели…» – в голосе Шиа звучала насмешка.

Закончив вираж, драконы синхронно выдохнули вниз ревущие столбы пламени почти в себя длиной и резко взмыли наверх, к облакам…

Росс позволил горе-вояке пролететь бо́льшую часть расстояния до земли свободно, и лишь в десяти локтях над мостовой подхватил его, развернул и не слишком ласково шмякнул перед нами на булыжники двора.

– Лорд Барака, – зычный голос нашего директора разнёсся по двору, – подойдите-ка сюда! Сказал же вам в первый день – уберите из замка нервных и дураков! И вот вчера один обнаружился, сегодня другой… не справляетесь вы со своими обязанностями, не справляетесь…

Выбирающий мусор из бороды Барака побагровел.

Росс невозмутимо поднял бровь:

– Вы соображаете, что было бы, если бы пострадала родственница жены Мудрейшего Шангарра, Властительницы Небес Аршиссы? Нет? Так могу вам сказать, ибо видел своими глазами, как сотня драконов Тер-Шэрранта гонит по степи орков – от этого замка камня на камне не осталось бы. А от вас самого – обугленных костей! Повторяю в третий раз – отошлите прочь слабонервных и идиотов!

Придворные, забыв про торчащую из вздыбленных причесок солому, ловили каждое слово отповеди лорда Йарби.

Не успел директор умолкнуть, вперед сделал шаг Аскани. Посмотрел сверху вниз на распластавшегося в пыли лучника:

– Как тебя зовут? Барт? Ну, Барт, ты же слышал, как драконы защищали Империю от орочьего вторжения, как они дрались бок о бок с людьми. Так зачем ты стрелял в союзника? Решил, что тебя похвалят? А почему ты так решил? Точно сказать не можешь? Жаль. Ну ладно. Ты же понимаешь, что может тебе грозить за нападение на леди из королевского дома союзной страны? Понимаешь… Что, дети? А думал чем? Ну, хорошо, так и быть. Лука у тебя больше нет. А сам ты сейчас встанешь и отправишься на плац, где тебе всыплют двадцать ударов кнутом. И впредь думай головой, что творишь.

«Поняла, что я сделал? – обратился ко мне Ас ментально, когда спотыкающийся солдат начал пятиться задом, пытаясь отвешивать неловкие поклоны. – Я отнял право судить у опекуна и использовал так, чтобы привлечь на свою сторону гарнизон. Наказал за головотяпство, но не убил».

Я поняла. А ещё поняла, что мне до всех этих премудростей, как без крыльев до неба.

«Выучишься. Вспомни, что год назад в это же время ты коз доила. Кстати, подскажи мне, где бы нам взять козу? Хочу научиться доить».

Представив Аса и Белочку, таращащихся друг на друга в упор – кто кого переупрямит? – я ментально засмеялась. Настроение сразу подпрыгнуло вверх. Так, что там у нас дальше?

«Возвращаемся в комнату и час медитируем».

Ну, пошли…


Вдумчиво помедитировать нам не дали. В коридоре опять началась какая-то суета, беготня, крики, топот… Что за беспокойный такой замок?

Через десять минут мы уже были в курсе, в чём дело. Оказалось, эскапада глупого Барта имела ещё одно последствие, кроме его собственной исполосованной спины и сгоревшего лука.

Покои, куда перебралась леди Янгира, примыкали к той самой башне, на крыше которой дежурил неразумный Барт. И она как раз стояла у окна, когда сначала мимо просвистел вопящий, колотящий руками и ногами по воздуху лучник, а потом вслед ударили столбы драконьего пламени. Леди разнервничалась, расстроилась и внезапно решила, что настала пора рожать.

Вот связанную с этим суматоху мы и услышали.

– Ас, нам что-нибудь делать надо? Как-нибудь помочь? Я принимала роды, умею и боль облегчить, и видела, как Тин ребёночка разворачивает, если он неправильно лежит…

– Не надо. Ни тебя, ни меня, ни Росса лорд Бартоломе близко к покоям жены не подпустит. Я специально и узнавать не стал, куда она переехала. Но думается мне, что, если привычки у нее остались, как были, проблем не миновать…

– Почему?

– Я ж тебе рассказывал, у неё был сущий бзик с корсетами. Не удивлюсь, если она и спала в корсете.

Ас замолчал. Впрочем, всё уже было сказано. Ясно, что для того, чтобы ребенок рос здоровым, живот нельзя перетягивать. Если же Янгира это делала, шанс родить крепкого младенца невелик. Но как Барака ей это позволял?

– А как ты не позволишь что-то такой рыбе-пиле? – отозвался Ас. – Ладно, давай медитировать. А потом я попробую всё же сделать с этими кисточками то, что не вышло вчера.

– Ага, – откликнулась я. – А ты понял, что нити отличаются не только по цвету? Можно делать их разной фактуры – тонкие, толстые, гладкие, мохнатые или колючие, как стебли шиповника.

– Понял… вот, учусь.

Ладно, медитируем…