Вы здесь

В поисках истины. Глава 2 (А. А. Комаров, 2014)

Глава 2

Пространство федерации Сиур. Сектор Айром. Система Тали СТА-179.435. База военно-космического флота федерации Сиур – станция «Сайлон-5»

Размеры станции впечатляли. Если трёхсотметровая громада крейсера смогла занять лишь пятую часть одного из её ангаров, то каковы же истинные габариты объекта? Помимо нашего корабля здесь находился ещё один, несколько уступавший ему в размерах. То был стодвадцатиметровый фрегат постройки федерации. Ничего более конкретного о данном типе судов я сказать не мог. Вокруг фрегата суетились ремонтные боты. Кое-где на его поверхности отсутствовали броневые листы обшивки, но явных признаков того, что он побывал в бою, заметно не было. Вероятно, проводились какие-то плановые регламентные работы либо замена части выработавшего ресурс оборудования, а может, и избирательная модернизация корабля. Утолить любопытство мне так и не удалось.

Лишь чётко выполняя возложенные на него обязанности, Тайлер по-прежнему не желал общаться на отвлечённые темы.

Идти пешком никуда не пришлось, к транспортной аппарели подъехал небольшой кар. Скорее всего, именно на нём нам и придётся добираться до места назначения. Об этом недвусмысленно намекнул офицер, забравшись внутрь.

Резко сорвавшись с места, колёсная платформа понеслась к грузовому лифту, способному доставить нас на жилой уровень. Станцию сиурцы явно строили с размахом. А возможно, попросту сказывался недостаточный опыт в нахождении на подобного рода объектах. Внутренний объём лифта внушал неподдельное уважение, и, как мне потом удалось выяснить, он был далеко не самым большим на «Сайлоне». К ангару вёл ещё один, призванный обеспечить подъём весьма габаритного оборудования. Например, модулей маршевых двигателей кораблей практически любого класса. Это позволяло осуществлять в весьма комфортных условиях весь спектр технических операций.

Жилой уровень станции встретил нас полумраком искусственного освещения. По всей видимости, согласно внутреннему распорядку сейчас здесь царит ночь. Конечно, объект не может похвастаться тем уровнем комфорта, что присутствует на аналогичных станциях Союза. Но и абсолютно невыносимыми, как на большинстве подобных сооружений империи Афеор, условия назвать нельзя.

Лифт доставляет кар на обзорную галерею, частично опоясывающую данный сектор жилой зоны. Целый уровень занимают различные объекты социальной инфраструктуры. Тут находятся жилые и торгово-развлекательные центры. Равномерно по площади раскиданы небольшие зелёные зоны парков. Очевидно, всё это создавалось для длительного и комфортного существования вдали от родных миров.

Скорее всего, станция выполняет не только военные задачи, уж больно грандиозный размах. Вероятно, здесь также находятся и торговые представительства некоторых корпораций, а может, даже и дипломатические миссии каких-либо цивилизаций экзотов. Было бы неплохо их увидеть. Раньше мне не доводилось сталкиваться с представителями нечеловеческих рас. На Аруме ничего подобного нет. Мир является зоной влияния учёных, оставаясь частично закрытым для посещения. На его поверхности в основном располагаются всевозможные научно-исследовательские центры, наиболее чистые высокотехнологичные промышленные объекты, работа которых не способна пагубно сказаться на экологии планеты. На орбите размещаются верфи корпорации «СтарТех», одной из ведущих в области кораблестроения. Конечно, в системе покинутого около пяти с половиной циклов назад мира находятся и иные объекты: военные, промышленные, транспортно-инфраструктурные… но на жизнь Арума они практически никак не влияют.

С галереи спускаемся по широкому пандусу – одному из множества существующих путей. Кар везёт группу по весьма просторным улицам уровня, позволяя неплохо рассмотреть окружающие объекты. В основном здесь располагаются типовые жилые комплексы, перемежающиеся мелкими магазинчиками и иными строениями. Так, навскидку, я даже не могу точно определить, чем же они на самом деле являются.

Транспортное средство останавливается у невзрачного жилого комплекса на ничем не примечательной улице. Тайлер сопровождает меня до индивидуального блока, расположенного на втором этаже. По пути нам встречается несколько представителей ВКФ, отдающих ему воинское приветствие.

– В основном в этом районе проживают младшие армейские чины. Здесь абсолютно безопасно, – произносит сопровождающий, наконец-то решив прояснить некоторые моменты. – Мы ни в какой мере не ограничиваем ваши перемещения по данному уровню, но настоятельно советуем дождаться прибытия представителя Союза именно в здании комплекса. – Завершив краткий инструктаж, Тайлер сбросил на мой коммуникатор коды доступа к помещению.

– Когда должен прибыть представитель центральных миров? – Я решаю кое-что уточнить. – Что стало с вывезенными с планеты телами моих соотечественников?

– Ваш временный опекун прибудет приблизительно через тридцать восемь стандартных часов, – ненадолго расфокусировав взгляд, начал отвечать офицер. – Мы позаботились о погибших, они были кремированы. Прах вы сможете забрать, когда будете покидать станцию. Если это необходимо, по возвращении на родину ничто не помешает вам совершить все полагающиеся церемонии.

«Тарковы хурши!!! – мысленно проклял я хитрых уродов, стараясь, чтобы на лице не отразилось и тени бушующих в душе эмоций. – Все произведённые в Содружестве импланты, естественно, сгорели вместе с телами! Учитывая, что большая часть погибших раньше работала в лаборатории отца, кто-то явно сумел неплохо заработать на несущественной для себя трагедии».

Впервые с момента, как я покинул уничтоженный лагерь, решаюсь воспользоваться небольшой долей собственных псионических возможностей. Прибегать к подобному во время беседы с представителем службы безопасности не рискнул, небезосновательно полагая, что он вполне может это почувствовать, сам владея сходными методиками.

Лёгкое прикосновение к разуму офицера, – в так до конца и неясной ситуации не собираюсь уж слишком серьёзно наглеть. Позволяю себе дотронуться лишь до эмоциональной сферы. Погружаться в область поверхностных мыслеобразов будет уже чересчур. Эмпатический контакт позволяет ощутить замысловатый букет нескольких чувств. Тут и лёгкое злорадство, и обида, и даже немного зависти. Возможно, он пришёл к тем же выводам, что и я, а скорее, изначально был в курсе происходящего. В любом случае с этим уже ничего нельзя сделать. Устраивать скандал сейчас, обладая весьма неопределённым статусом, не имеет никакого смысла. Поэтому предпочитаю промолчать, контролируя собственную мимику. Ещё не хватало, чтобы мелкий хурш получил лишний повод позлорадствовать у меня за спиной.

Стоит поскорее закончить весь этот фарс и наконец избавиться от навязчивого присутствия молодого офицера.

– Хорошо, я учту ваши рекомендации, – прерываю я затянувшееся молчание, отправляя с коммуникатора сгенерированную символьно-цифровую последовательность на электронику запирающего модуля входной двери.

– Надеюсь на ваше благоразумие. Оставлю контактный код. В случае возникновения каких-либо проблем незамедлительно связывайтесь со мной.

Тайлер переслал мне соответствующий информпакет и, не прощаясь, покинул комплекс.


Закрыв дверь, я принимаюсь за осмотр помещения, в котором предстоит провести ближайшее время. Всё здесь сугубо функционально. В небольшой комнате место нашлось лишь кровати, сейчас находящейся в свёрнутом состоянии, нескольким креслам да маленькому столику. Оглядевшись более внимательно, замечаю интегрированный пищевой синтезатор, вход в санитарный блок. Хорошо ещё, он не оказался общим на один этаж. В стенах располагаются удобные ниши, служащие для размещения личных вещей жильца. Напротив санблока притаилась скрытая створка весьма просторного шкафа. Открыв оную, нахожу несколько комплектов постельного белья, какие-то элементы повседневной мужской одежды. Вероятно, последний постоялец либо забыл либо просто не счёл необходимым их забирать.

Войдя с коммуникатора в меню управляющего модуля жилого блока, отдаю команду на развёртывание спального места, собираясь немного отдохнуть и ещё раз обдумать случившееся.

«Как разобраться в произошедшем? Что стоит предпринять в первую очередь? Опасно ли мне возвращаться в систему Ариан? Нужно попытаться ответить на все эти вопросы».

Но всё же, игнорируя удобное ложе, размещаюсь прямо на полу блока. Принимаю успевшую стать за многие циклы медитаций естественной позу. Отрешаюсь от окружающей действительности, очищая разум от излишне ярких эмоций. Эмоций, способных помешать объективной оценке недавних событий. Закрываю глаза, вновь оказываясь на родной, до боли знакомой поляне. Моделирование картины внутреннего мира уже давно не вызывает каких-либо затруднений, практически не напрягая сознание. Здесь мне всегда было легче решать те или иные проблемы, не требовавшие, по крайней мере на первоначальном этапе, каких-то действий в объективной реальности.

«Рассчитывать на помощь официальных властей в установлении виновников произошедшей трагедии особо не стоит. Некоторые фразы представителя службы безопасности федерации недвусмысленно на это намекали. Окончательно прояснить ситуацию сможет лишь встреча с представителем центральных миров. Пытаться же самому обращаться в какие-нибудь властные структуры Союза, пожалуй, не имеет особого смысла. Для них я никто. Мало того что являюсь недееспособным, так ко всему прочему за спиной у меня нет никаких связей: ни родни, ни достаточно влиятельных знакомых. Отец в своё время перебрался в Союз Центральных Миров, СЦМ, из республики Акам с годовалым младенцем на руках. Какие причины вынудили его поступить подобным образом? Что стало с матерью? Всё это мне доподлинно неизвестно.

К тому времени, являясь уже достаточно узнаваемым специалистом в областях нейрохирургии и интегральных нейроструктур, отец без труда получил гражданство и устроился в одну из лабораторий корпорации „НейроГлоб“.

Сам же Союз Центральных Миров далеко не то монолитное государственное образование, коим его представляет себе большая часть населения человеческого ареала обитания. В основе СЦМ лежит изначально порочная система так называемых „сдержек и противовесов“, в своё время, после распада единой империи людей и череды тёмных веков, последовавших за этим событием. Несколько уцелевших корпораций, частично сохранивших свой промышленный потенциал, группа научно-исследовательских институтов старой империи и наиболее боеспособные осколки её военной машины, в том числе и службы безопасности, заключили временный союз между подконтрольными им системами, тем самым заложив основу будущего Содружества. В тот период это уже являлось насущной необходимостью. К исконным областям человеческого пространства стали проявлять интерес цивилизации экзотов. А кое-где последовала и открытая военная интервенция.

Обладавшие хоть сколь бы то ни было серьёзными силами, региональные элиты принялись создавать собственные государства. Окраины некогда могучей империи начали стремительно регрессировать. Относительно недавно колонизированные миры и вовсе скатились в неоварварство. Когда-то одна из могущественнейших империй галактики стремительно теряла свои позиции и территории.

На фоне подобной картины наиболее влиятельные осколки рухнувшей державы вынуждены были заключить импровизированное соглашение о создании Содружества.

Новообразованное государство принялось стремительно развиваться, расширяясь за счёт наиболее перспективных в научном и промышленном плане систем, при этом не забывая и о собственной безопасности. В какой-то момент образовалось относительно устойчивое равновесие. В центре человеческого ареала обитания окончательно сформировался Союз Центральных Миров, окружённый оказавшимися наиболее жизнеспособными новообразованными государствами, за пределами которых всё ещё оставались когда-то колонизированные системы. Руководство Содружества посчитало дальнейшую экспансию нецелесообразной. Установившееся равновесие было более-менее выгодно всем заинтересованным сторонам. Центральные миры получили обширные рынки сбыта своей продукции и серьёзную буферную зону, ограждавшую их границы от областей пространства, где закон по-прежнему оставался пустым звуком. Создав достаточно комфортные условия жизни на подконтрольных мирах, а также уникальные условия работы учёным, руководство СЦМ обеспечило себе постоянный приток наиболее ценных человеческих ресурсов с внешних территорий. Союз смог сохранить монополию на некоторые ключевые технологии. Остававшиеся дикими территории стали для иных корпораций идеальной площадкой, где их дочерние структуры могли заниматься не совсем законной деятельностью. Окраинные государства сохранили относительную независимость и возможность дальнейшего территориального расширения.

Попытавшаяся было перейти от пассивной экспансии к полноценному вторжению в границы исконных территорий рухнувшей империи, цивилизация экзотов Тссар’ссианиш получила достойный отпор. Ворвавшийся в отдалённые пределы пространства человеческих миров, её флот был уничтожен армадой вновь образованных государств. Ядром коалиционных сил стали наиболее боеспособные корабли Союза. Гармонично вписавшись в созданную структуру, вокруг него сконцентрировались соединения остальных государств.

Возможно, у Тссар’ссианиш могло бы что-нибудь получиться, решись они попытать счастье чуть раньше. Но сначала осколки былой империи оставались всё ещё достаточно сильны, и внешняя угроза могла привести к повторной консолидации человечества. Ну а потом за ширмой из периферийных политических образований успела встать на ноги весьма серьёзная структура СЦМ, похоронив их замыслы.

Флот Содружества в этой операции понёс серьёзные потери, поэтому всё ограничилось подписанием мирного договора, оговаривающего неприкосновенность исконных территорий человеческой цивилизации.

Таким образом, к настоящему моменту в Союзе сформировалось несколько полюсов власти, представленных так называемыми партиями учёных, промышленников (корпорантов) и военных. Условные названия не раскрывают истиной сути вышеперечисленных течений, а лишь отражают основные направления их деятельности. В своей основе „партии“ имеют весьма широкий перечень научно-исследовательских, промышленных и военных объектов, так или иначе доминирующих в структурах данных полюсов власти.

Каждое течение обладает подконтрольными лишь ему системами. Наиболее важные для Союза решения принимаются советом, на котором присутствуют весьма влиятельные представители обозначенных партий.

Исходя из всего вышеперечисленного, можно сделать следующий вывод: если наш проект действительно затронул интересы какой-либо главенствующей силы Содружества, мне практически бесполезно искать правды у официальных властей подконтрольных им систем.

Возвращение на Арум не должно вызвать никаких радикальных действий с их стороны. Естественно, лишь при условии, что и сам не буду уж чересчур сильно высовываться. Слишком я незначительная фигура на фоне правительственных структур.

Необходимо разыскать Мейлора. Весьма высока вероятность, что, пропагандируя ценность человеческой жизни, непосредственно в центральных мирах трогать его не станут.

Ладно, хватит терзать себя бесплодными рассуждениями. Не обладая достаточной информацией, всё равно не смогу представить более-менее целостную картину происходящего». – Принимая решение, я покидаю внутренний мир и резко поднимаюсь с рифлёного покрытия пола.

Несмотря на пару часов, проведённых в неподвижности, тело чувствовало себя прекрасно, не было даже намёка на былую усталость.

Нет желания и дальше сидеть взаперти. После медитации переполненный энергией организм требует активных действий. Не став спорить с собственным телом, покидаю выделенное помещение. Думаю, не будет ничего страшного, если я немного прогуляюсь. Хоть у меня и нет уникредов, ничего не мешает просто пройтись по району, посмотреть, как живут специалисты военно-космического флота федерации.

Без каких-либо преград покидаю жилой комплекс. Похоже, сиурци не сочли нужным организовывать действительно серьёзный контроль, чего я, признаться, несколько опасался.


В большинстве своём район действительно оказался населён военнослужащими федерации, время от времени попадающимися на пути. По проезжей части периодически проносятся обычные многофункциональные кары. Среди однотипных жилых комплексов изредка встречаются небольшие торговые точки. Зайдя в парочку подобных мест, понимаю: ничего серьёзного здесь купить не удастся. В основном их ассортимент составляют дешёвые предметы повседневного обихода, которые могут себе позволить рядовые служащие ВКС, проживающие в данном секторе жилой зоны. В одной из таких точек продавали относительно недорогие натуральные продукты местной гидропонной оранжереи.

Попадаются постройки, назначение которых сразу определить не удаётся. Посетив одну из них, узнаю, что это банальный тренажёрный зал, совмещённый с небольшим учебным центром. Помимо различных обучающих и тренировочных модулей здесь можно позаниматься и с обычным железом. Наличествует и несколько залов для контактных видов спорта. Но самое удивительное, тут есть полноценный бассейн. Для не особо престижного района жилой зоны подобное не совсем обычно. Похоже, руководство ВКФ неплохо заботится о своих людях.

На уровне до сих пор царит полумрак. Благо никаких неудобств это не доставляет – все заведения работают круглосуточно.

Гуляя, неосознанно добираюсь до одной из зелёных зон сектора. Тут уже практически и вовсе безлюдно. Видимо, время всё же играет определённую роль в жизни станции.

Участок живой природы представляет собой полноценную реконструкцию естественного ландшафта незнакомого мира федерации. Вместо обычных зелёных насаждений, здесь воссозданы природные особенности рельефа. Несколько лесистых холмов, небольшой овраг со звенящим на дне ручьём. Поляны, где покрытые лишь густым ковром зелёной травы, а где и заросшие диким кустарником. Всё это на время заставляет забыть о нахождении в искусственном комплексе пустотной станции, позволяя вновь окунуться в калейдоскоп красок и запахов живой природы.

Собираюсь уже покинуть столь чудный уголок, как из-за растущей в отдалении группы деревьев раздаётся чей-то пронзительный крик. Даже мимолётной мысли, что это уж точно не моё дело, не возникает в сознании. Возможно, подобное связано с некоей наивностью, недостаточным жизненным опытом. В любом случае я почти мгновенно бросаюсь туда, на ходу проверяя, насколько быстро получится извлечь прихваченное оружие.

Открывшаяся за деревьями картина не оставляет и тени сомнения относительно правильности моих действий. Пара весьма нетрезвых представителей вооружённых сил федерации, о чём свидетельствуют соответствующие шевроны и характерный запах дешёвого алкоголя, пытаются прижать к стволу какую-то девушку.

– Хватит ломаться, нелюдь! Лучше не дёргайся и позволь крепким парням из десанта показать, на что способны настоящие мужчины! – желая схватить жертву, начинает терять терпение один из солдат.

– Готов поспорить, ваши синемордые самцы не могут и половины того, на что способны такие красавцы, как мы, – произносит второй, ухмыляясь и наблюдая за напарником, не способным поймать чересчур вёрткую девчонку.

Опыт – вот чего мне катастрофически не хватает. Ну что мешало по крайней мере попытаться обработать их из нейротика? А связаться с ответственным представителем военно-космических сил, уже ему предоставив возможность разбираться с непростой ситуацией? Но нет, не желая вступать в заведомо бессмысленный диалог с подобными животными, понадеявшись на псионические способности, до этого ни разу не проверенные в реальном бою, бросаюсь вперёд.

Вкладывая около четверти собственных сил, обрушиваю на сознания уродов серьёзный ментальный удар. Но приводит это к весьма неожиданному результату. Вместо того чтобы отключиться минимум на несколько часов, насильники лишь переключаются на новую жертву. Нужно было внимательнее отнестись к специализации бесцеремонных ублюдков.

Армейские нейроимпланты десантников мгновенно реагируют на псионическую атаку среднего уровня. Интегрированные боевые модули тут же вводят в организмы химические коктейли стимуляторов, заставляя уродов частично протрезветь и одновременно ускорить метаболизм бойцов, но пагубно сказываясь на критическом мышлении отравленного алкоголем сознания. Действуя уже гораздо увереннее, они мгновенно разворачиваются в сторону потенциальной угрозы.

– Сопляк!!! Сейчас ты узнаешь, почему не стоит вмешиваться в дела взрослых дядей! – ревёт один из десантников, бросаясь в мою сторону.

– Осторожно, Дюк, он псион! – Ненадолго отставая, второй пытается предостеречь подельника.

– Плевать!!! Я переломаю ему все кости! – Уже неспособный адекватно реагировать, боец лишь ещё сильнее ускоряется, желая как можно быстрее добраться до цели. – Пусть использует своё колдунство, так даже интереснее!!!

«Надеюсь, Альмиир смог достаточно хорошо вколотить в меня собственное искусство», – лишь одна мысль успевает промелькнуть в сознании, прежде чем я проваливаюсь в боевой транс, вынужденный уходить от удара первым добравшегося насильника.

Драться со здоровыми десантниками, напичканными боевыми имплантами и соответствующей химией, – ну уж нет! Лучше попытаюсь закончить поединок как можно скорее. Двигаясь так, чтобы они постоянно находились на одной линии, дожидаюсь очередной попытки меня достать. Одновременно смещаясь противнику за спину, ныряю под бьющую руку первого бойца. Накидывая телекинетический захват на опорную ногу врага, увеличиваю импульс, толкая рукой. Рывок! Хоть и не упав, он вынужден опуститься на одно колено. Нейротик упирается в основание черепа урода, большой палец сдвигает регулятор на максимальную мощность. Выстрел! Со всеми модификациями он скорее всего выживет. Небольшие проблемы со здоровьем меня волнуют гораздо меньше, чем возможность наверняка вывести противника из строя. По меньшей мере на несколько ближайших часов.

Надолго лишившись сознания, враг оседает на землю. Чувство приближающейся опасности заставляет уйти в обратный перекат. Оставляя обожжённую отметину на стволе одного из деревьев. Над головой проносится импульс из табельного оружия второго десантника. Видимо, в условиях недостаточного освещения он не смог правильно определить, из чего стреляли в напарника. А может, он и вовсе не задумывался ни о чём подобном, действуя на одних рефлексах. До противника было не так уж и далеко. К моменту, когда вышел из игры подельник, он практически успел добраться до места основных событий. Поэтому из переката выхожу буквально у него под ногами. В полумраке парка мелькает смазанная тень монокристаллического клинка, отсекая кисть десантника вместе с зажатым оружием.

– А-а-а!!! Моя рука! – пытаясь пнуть неожиданно вёрткую жертву, голосит покалеченный насильник.

Если не боль, то картина фонтанирующего кровью обрубка наверняка смогла пробиться в обдолбанное химией сознание.

Откатываюсь чуть дальше, уходя от его ноги. Очередной росчерк – и даже армейские ботинки оказываются неспособны противостоять идеальной заточке керритового лезвия. Не переставая вопить, с перерезанными ахилловыми сухожилиями последний противник падает наземь, удачно подставляя голову под разряд нейротика.

Ожидания, что десантник может истечь кровью раньше прибытия помощи, не оправдались. Вживлённые биоимпланты оперативно останавливают кровотечение.

Пора познакомиться со спасённой…

Лишь недостаточное освещение да скоротечность произошедшего заставили меня принять попавшую в беду девушку за обычную. Прижимаясь спиной к стволу паркового дерева, неподалёку стоит представительница расы Аль’Эрии. Не зная особенностей их народа, её действительно можно принять за взрослую. На самом деле девчонка, скорее всего, даже младше меня. Просто среднестатистический представитель данного вида экзотов, как правило, на полторы головы выше обычного человека. В своё время я достаточно хорошо изучил все имеющиеся материалы по известным ксеноцивилизациям. По крайней мере те, что были доступны в нашей маленькой колонии. Уж больно заинтересовал меня этот вопрос…

Вблизи спутать спасённую с представительницей собственной расы действительно невозможно. От человеческой девушки её отличают чуть фиолетовый оттенок кожи, необычные, но весьма красивые заострённые ушки. На привлекательном лице замечаю естественный, завораживающий узор, выделяющийся лишь чуть более тёмной пигментацией. Серебристые волосы забавно собраны в хвост прямо на макушке. Завершает картину необычное облегающее одеяние экзотки, скорее всего сыгравшее далеко не последнюю роль в случившемся.

Прерывая несколько затянувшееся паузу и взаимное изучение, первой молчание нарушила именно она.

– Тай лио ни дайлани?! – звонким голоском спрашивает девчонка.

– Извини, не понимаю, – улыбаюсь в ответ.

– Ой! Я просто хотела, хотела благодарить, – отвечает немного сумбурно, с трудом переходя на бэйсик.

Оттенок её кожи приобретает ещё более насыщенный фиолетовый оттенок. Видимо, раньше малышке не часто доводилось общаться на общем языке, а может, она просто слишком взволнована? В сторону нейтрализованных обидчиков девочка старается не смотреть.

Внезапно сверху падает необычный тяжёлый флаер. Прерывая дальнейшую беседу, из него выскакивают высокие бойцы в экзотичных ББСах. Вновь прибывшие профессионально рассредотачиваются по поляне, не оставляя без внимания и меня, и лежащих без сознания десантников. Солдаты не забывают контролировать и внешний периметр. Я попадаю под прицел странных излучателей, но стволы практически моментально уходят в сторону, лишь стоит девчонке, что-то крикнув, перекрыть линию огня. Последним из флаера появляется и сразу направляется в нашу сторону очередной представитель расы Аль’Эрии. Он значительно старше спасённой, об этом свидетельствует в том числе и рост. Хорошо, если моя макушка достанет ему до груди…

– Тай квано ти дельми ан сиур?!! Ду биан ив май?! – строгим голосом мужчина с ходу начинает что-то выговаривать смущённой девчонке.

– Лами би ар?! – Потупившись, она пытается возразить.

– Вайто ти альдарей!!! – Не желая спорить, экзот отдаёт приказ младшей соотечественнице.

Ещё раз несмело взглянув на меня, улыбнувшись, сжав и тут же отпустив ладонь, девчонка убегает в сторону флаера. В словесном противостоянии бесспорно победил старший представитель Аль’Эрии.

Как только экзотка скрылась внутри альдера, мужчина соизволил обратить внимание на меня.

– Благодарю, молодой человек. Ваша помощь оказалась как нельзя кстати, – слегка поклонился мужчина. – Если из-за произошедшего возникнут какие-либо проблемы, мы готовы оказать любую помощь.

– Всё в порядке, не стоит беспокоиться, – до конца не уверенный в этом, попытаюсь проявить вежливость. – А что касается помощи, на моём месте так поступил бы любой.

– Сильно сомневаюсь, молодой человек. – Его оценка оказывается гораздо пессимистичнее. – Глава нашей миссии желает лично выразить свою благодарность. Умия – его дочь, – ненадолго приложив правую руку к виску, произносит экзот. – Он приглашает вас посетить особняк делегации.

«Представители расы Аль’Эрии считают, что любая помощь незнакомому человеку так или иначе, но должна быть оплачена. Семья в их культуре имеет очень большое значение. Избравшие в отличие от людей биотехнологический путь развития собственной цивилизации, в некоторых областях науки они намного превзошли нас», – сами собой начинают всплывать в сознании когда-то прочитанные разрозненные факты об Аль’Эрии, разрозненные потому, что основное внимание уделял именно научным достижениям различных рас, лишь поверхностно останавливаясь на иных аспектах жизни цивилизаций экзотов.

Малоизвестные сведения о том, что среди представителей именно этого народа чаще всего встречаются полноценные псионы, когда-то сообщил один из наставников проекта. Ксенобиология входила в перечень его профильных специальностей. Лим охотно делился собственными знаниями, видя, как мне это интересно.

– С удовольствием приму приглашение. Для меня будет большой честью познакомиться с «проводником воли» народа Аль’Эрии.

Время действительно есть, почему бы не посетить представительство дипломатической миссии? Когда ещё может представиться возможность пообщаться с иными? В конце концов, мне попросту любопытно. То, что это именно дипломатическая миссия, я уже догадался. Для торговцев у них чересчур серьёзная охрана и возможности. Не каждый способен позволить себе беспрепятственно использовать флаер внутри станции, да ещё и свободно пересекать на нём границы особых районов.

– Тогда прошу, пройдёмте. Альдер доставит нас прямо к особняку. О нападавших позаботятся мои люди, они же дождутся прибытия представителей службы безопасности. – Взмахом руки мужчина указывает в направлении флаера.

Для представителя человеческой цивилизации внутри аппарата оказывается достаточно просторно. Следом внутрь заскакивает часть бойцов сопровождения. Подняв аппарель, альдер взмывает вверх, стремительно набирая скорость. Я располагаюсь в одном из ложементов по левую руку от взрослого экзота. Справа, не поднимая головы, уже сидит девчонка. Сам полёт длится не более десяти минут.

Как только флаер касается земли, Умия, не говоря ни слова, тут же спрыгивает с ещё не до конца опустившейся аппарели, убегая в сторону шикарного особняка. Старший представитель народа Аль’Эрии лишь укоризненно качает головой, выражая неодобрение подобному поступку.

Сейчас мы находимся в более престижном районе, нежели ранее. Вместо однотипных жилых комплексов вокруг располагаются различные особняки. Каждый окружён своим, ни на что не похожим островком зелени. Тот, к которому сейчас направляемся, имеет три этажа и открытую крышу, исполняющую роль обзорной галереи. Насчёт архитектуры ничего определённого сказать не могу, так как очень слабо разбираюсь в подобном вопросе. Единственное, что возьмусь утверждать, – это явно творение человеческого разума.

На входе в особняк нас встречает Аль’Эрии, на мой взгляд, уже весьма преклонного возраста. В уголках глаз, отражающих мудрость прожитых циклов, скрываются небольшие морщины. Снежная белизна волос, возможно, и характерна для представителей его народа, но у меня это почему-то ассоциируется исключительно с возрастом. Инстинктивно усиленное, пассивно-эмпатическое восприятие дарит чувства покоя, умиротворения, неосознанного доверия.

– Позвольте представиться, юноша. Моё имя Сайнал’аль’Меиаль, «проводник воли», или, если по-вашему, посол цивилизации Аль’Эрии. – Экзот не стал оттягивать представление, сразу назвав своё имя. Приветствие он сопроводил лёгким движением головы.

– Алиер ди Ар, пока ещё недееспособный гражданин Союза Центральных Миров человеческой цивилизации, – представляюсь я, сопровождая это неуместным сейчас сарказмом. – Для меня большая честь познакомиться с тем, кому народ Аль’Эрии даровал право говорить от своего имени, – тут же пытаюсь сгладить впечатление от неловкой фразы.

– В первую очередь хочу извиниться за поведение дочери. – Киано Сайнал демонстративно не замечает моего остроумия. – Умия раньше никогда не встречала представителей иных цивилизаций. Вот и убежала в поисках приключений на свою голову, влекомая любопытством. И практически сразу же их нашла. Две встречи с, казалось бы, совершенно одинаковыми представителями человеческого вида… но какой противоречивый результат. Одни попытались обидеть, другой защитил. Да ещё и некоторые традиции нашего народа… но не будем сейчас об этом. – Аль-Мериаль несколько сумбурно перескакивает на иную тему. – Моя девочка вообще очень застенчива, убежала, даже как следует не поблагодарив спасителя. Не обижайтесь на неё. Прошу, проходите в дом, там мы сможем продолжить беседу в гораздо более комфортных условиях. – Приглашая, он первым переступает порог.

Располагаемся в шикарно обставленной гостиной особняка. Занимавшиеся помещением дизайнеры явно старались придать ему антураж некоей древности. Прототипами большинства элементов обстановки скорее всего послужили аналоги, уходящие своими корнями ещё в докосмическую эпоху. На оказавшемся между занятыми креслами столике тут же появляются какие-то напитки, лёгкие закуски, расставляемые обслуживающим персоналом комплекса.

– Могу ли как-то отблагодарить тебя, Алиер? Надеюсь, позволишь так себя называть? – продолжает экзот ненадолго прерванный разговор. – Постараюсь выполнить любую посильную просьбу. Благополучие Умии очень важно, она мой единственный ребёнок.

– Извините, киано Сайнал, но я не считаю себя вправе претендовать на какую-либо награду за помощь девушке, – проявляю уместную скромность.

– Мне всё же хочется как-то поблагодарить вас, молодой человек. – Мужчина пытается настоять на своём.

– Сожалею, но – нет. Просто не могу принять плату за помощь Умии. Извините, но уж больно разные у нас культуры. Хотя, возможно, вам удастся посодействовать мне несколько иным образом. В своё время я достаточно много внимания уделил вопросу развития ксеноцивилизаций. Знаю, ваша раса очень далеко продвинулась в сфере познания собственного разума, пусть подобное и не афишируется. Осмелюсь предположить, псионы Аль’Эрии несколько опередили в этой области даже таких признанных лидеров, как ментооператоры цивилизации Айфар, – пытаюсь навести оппонента на нужные мне мысли, но получаю совершенно неожиданный результат.

Блокирую элегантную попытку киано Сайнала проникнуть в мой разум, позволяя ему прикоснуться лишь к поверхностно-эмоциональной сфере. Там, где рождаются наиболее сильные эмоции, он не сможет прочесть ничего способного негативно сказаться на наших отношениях.

– Хм, не представляю, Алиер, откуда у тебя хоть и нескрываемая, но всё же мало кому известная информация. Вижу, в этом кое-что понимаешь, – намекает на владение псионикой экзот. Порой даже ментальный блок может немало рассказать о своём владельце. – И да, прости за попытку тебя прочесть, знаю, это весьма невежливо, но просто не смог удержаться, – улыбается он. – Понимаешь, Алиер, сам я не такой уж и сильный псион. Честно говоря, не владею никакими передовыми методиками в данной области. Даже и не знаю, смогу ли помочь. Мой заместитель достаточно сильный менталист, но я не в силах заставить его тебя обучать. Услуга оказана нашей семье. К тому же он является наставником Умии, а ты, скорее всего, не согласишься присоединиться к нашему путешествию.

– Очень жаль, киано Сайнал, просто не представляю, что смог бы принять помимо знаний. – Я пытаюсь скрыть возникшее разочарование.

– Хм, есть одна вещь, но, боюсь, и она окажется бесполезна. Понимаешь, для ускорения развития своего дара псионы Аль’Эрии используют квазиживых биомеханических симбионтов, созданных кастой «познающих». У меня как раз есть подобный экземпляр. Скоро дочь достигнет определённого уровня развития ментальных способностей, тогда применение бионического помощника окажется наиболее эффективным. Но, к моему глубокому сожалению, данный продукт нашей цивилизации совершенно несовместим с человеческими нейроимплантами. Из-за принципиальной разницы в подходе к проектированию и разницы в используемых технологических решениях все попытки его установки представителям вашей расы заканчивались неудачей. В лучшем случае он просто отторгался организмом. В худшем – интеграция приводила к критическим сбоям в работе уже имеющихся нейроуправляющих сетей. Часто это приводило к летальному исходу. Некоторых всё же удавалось спасти, вовремя оказав помощь.

– Знаете, киано Сайнал, это-то как раз и не станет проблемой, – улыбаюсь я, предвкушая получение необычного биомеханического устройства.

– Хочешь сказать, у тебя не установлен нейроимплант? – несколько удивлённо спрашивает экзот.

– Верно. Так уж получилось, на сегодняшний день в моём теле нет никаких посторонних устройств какой бы то ни было цивилизации.

– Да, в таком случае симбионт действительно может быть успешно интегрирован реципиенту. Это будет весьма интересный опыт. Насколько мне известно, удачного слияния нашей разработки с нейронной структурой представителя твоей расы ещё не фиксировали. Не волнуйся, я уверен, инсталляция пройдёт без каких-либо осложнений. – Экзот ненадолго прервался, о чём-то задумавшись. Затем резко встрепенулся, заговорив вновь: – В самом деле, молодой человек, моя дочь вполне способна дождаться доставки ещё одного экземпляра. Заодно успеет гораздо лучше подготовиться. Так, сейчас… – Аль’Мериаль снова ненадолго уходит в себя…

Спустя пару мгновений в помещении появляется уже виденный ранее представитель расы Аль’Эрии.

– А вот и Лайон. Он – глава службы охраны миссии и наставник моей дочери, – заговорил экзот, в то время как вновь прибывший недовольно кладёт на столик небольшой матово-чёрный контейнер. – Лайон, расскажи Алиеру о нашей разработке, – просит помощника киано Сайнал.

– Лаюм – квазиживой биомеханический симбионт. Создавался для помощи в развитии, а в дальнейшем и для усиления ментального потенциала носителя. На первом этапе он интегрируется в нейронные структуры головного мозга реципиента, в процессе позволяя более успешно развивать псионический потенциал владельца. Этот этап длится приблизительно четверть цикла. На втором этапе устройство полностью сливается с нейронной сетью носителя, беря на себя часть нагрузки во время ментооперирования, облегчая любые псионические манипуляции. Симбионт несколько повышает резерв, либо, если иначе, ментовыносливость псиона. После завершения второго этапа обнаружить биомодуль больше не представляется возможным. Любая внешняя диагностическая аппаратура, как и сам организм, будут считать все его проявления естественными физиологическими особенностями реципиента. Эффективность использования данного комплекса напрямую связана с потенциалом и способностью к контролю. Поэтому его не используют начинающие ментооператоры. За те несколько термов, пока длится слияние, процентный прирост ментальных возможностей окажется слишком незначителен. Сорок-шестьдесят процентов от практически ничего, тоже ничто. – Мужчина специально акцентирует внимание на последних фразах, вкладывая в них некоторую долю злорадства. – Псионы, достигшие вершин в своей области, также нечасто прибегают к его использованию. Выгода в их случае уже не столь значительна, лишь некоторое увеличение резерва. Возможен даже некоторый регресс дара. С чем конкретно это связано, мы так и не выяснили. Желающих проводить на себе подобные эксперименты высокоранговых ментооператоров попросту нет. Возможно, своё влияние оказывает уже полностью сформировавшийся дар, препятствующий какому-либо внешнему воздействию, а возможно, и нет. Конкретно этот образец наших биотехнологий – лаюм-М7 – помимо всего вышеперечисленного выстраивает в мозгу реципиента кластер фемтопроцессорных расчётных центров. По нашим прогнозам, последний не должен будет конфликтовать с иными интегрированными впоследствии устройствами, так как работает на совершенно других уровнях. Насколько мне известно, большинство современных нейроимплантов максимум затрагивает наноуровень. – Лайон награждает собственного начальника несколько ехидным взглядом, расписывая дополнительные возможности симбионта. – Вот в общем-то и всё.

– Да… – задумчиво тянет старший экзот. Какие-то дополнительные возможности комплекса, по-моему, явились для него полной неожиданностью. – Надеюсь, молодой человек, вы уже достаточно давно развиваете свои способности, иначе установка подобной системы будет просто тратой ресурсов, да ещё и с небольшой вероятностью неудачного слияния, – взглянув на меня, поясняет аль’Мериаль.

– Не волнуйтесь, заниматься я начал достаточно давно. Возможно, не хватает базовых теоретических знаний, но смею надеяться, контроль смог развить весьма неплохой.

– В таком случае ничто не препятствует установке бионического устройства, – подводит итог киано Сайнал. – Ах да, если решишься интегрировать симбионт, помни, первичная инсталляция занимает около девяти стандартных часов. Лучше провести это время во сне. Не так ли, Лайон?

– Вы абсолютно правы, слышащий. – Мужчина почтительно склоняет голову.

– Хм, а смогу ли я использовать все возможности устройства без соответствующего обучения? – Я делаю определённый намёк собеседникам.

Возможно, это некрасиво, но для успешной реализации будущих планов необходимо искать любые пути. Не следует пренебрегать малейшими возможностями хоть ненамного повысить собственные шансы.

– К сожалению, сейчас у нас нет в наличии свободных обучающих информпакетов. Странным образом структурированные практик-теоретические шаблоны (базы знаний), что так популярны в вашей цивилизации, мы и вовсе не используем, – спешит разочаровать меня киано Лайон.

В помещение входит один из бойцов охраны дипломатической миссии. Теперь, когда воин избавился от ББСа, я уверенно могу заявить – он является таким же представитель расы Аль’Эрии, как и сидящие напротив мужчины.

– Тай кио лин арио прате киано Сайнал, – звучит родная речь экзотов.

– Майа тиль темио. – Дождавшись ответа и поклонившись, вестник тут же удаляется, а посол вновь обращает внимание на меня.

– Прибыли представители службы безопасности станции. Их флаер сел неподалёку от парадного входа особняка. Они желают побеседовать с непосредственным участником произошедшего, с тобой, Алиер. Но если не согласен, можешь оставаться нашим гостем столько, сколько потребуется. Здесь тебя никто не побеспокоит. Насколько помню, ты являешься гражданином Союза. Если пожелаешь, сможешь отправиться с нами в его границы. Через несколько дней мы как раз планируем продолжить путешествие. Естественно, наше приглашение распространяется и на твоих сопровождающих. Знаю, недееспособные представители вашей цивилизации практически никогда не путешествуют самостоятельно, – делает заманчивое предложение киано Сайнал.

– Благодарю, но, пожалуй, не стану злоупотреблять вашим гостеприимством. Не вижу ничего плохого в том, чтобы ответить представителям службы безопасности на несколько вопросов, – вежливо отклоняю предложение, не стоит просто так ссориться с СБ федерации.

– В любом случае всегда сможешь рассчитывать на нашу помощь. По крайней мере, пока находимся на станции. Если возникнут какие-либо затруднения, обязательно свяжись со мной или киано Лайоном, – произносит экзот, и одновременно на мой коммуникатор поступает входящее сообщение с контактами представителей цивилизации Аль’Эрии. – Если передумаешь, двери особняка всегда открыты, а корабль сможет принять на борт тебя и твоих спутников в течение ближайших нескольких дней.

– Ещё раз благодарю за тёплый приём, киано Сайнал, но думаю, никаких серьёзных проблем не возникнет, – обозначая позицию, начинаю подниматься с кресла.

– Помни, в моём доме ты всегда будешь желанным гостем, – заверяет экзот, поднимая со стола и передавая контейнер с симбионтом.

Лёгким кивком выражаю благодарность, и мы отправляемся в сторону парадных дверей.

Выходя из помещения гостиной, неожиданно сталкиваюсь с появившейся на пороге Умией. Схватив меня за руку, она робко произносит несколько заранее заготовленных фраз.

– Вот возьми подарок, – начиная приобретать ещё более насыщенный фиолетовый оттенок, протягивает изящный обруч. – Это мнемотранслятор, на нём записана вся программа моего обучения. Правда, данные там лишь на языке Аль’Эрии, прости, – поднимая взгляд, заканчивает гораздо смелее.

«Ага, проказница наверняка подслушивала, коль смогла подобрать столь специфический подарок. Неожиданно».

Перевожу взгляд на её отца. Лёгкий кивок – одобрение поступка дочери.

– Тай куаро тайлин ти эль мариоло ули, Умия! – решаю блеснуть знаниями. Когда-то прочитанная фраза является своеобразным пожеланием удачи, благополучия, показывает, насколько тебе приятно общаться с данным Аль’Эрии. По крайней мере именно таким был представленный перевод.

Произнесённое приводит к совершенно неожиданному результату. Смутившись ещё сильнее, хотя, казалось, это попросту невозможно, малышка убегает куда-то в глубь особняка. Лица оставшихся принимают весьма странные выражения. В эмоциональных сферах сопровождающих так же происходят определённые изменения. От старшего экзота веет чувствами весёлого удивления. Младший помимо недоумения испытывает лёгкое раздражение.

– Молодой человек, откуда тебе известна данная фраза, знаешь ли её точный перевод? – улыбаясь, спрашивает киано Сайнал.

– Хм, изучая в своё время доступную информацию о различных ксеноцивилизациях, столкнулся с ней в одной из научных работ по культуре Аль’Эрии. Насколько помню, это что-то вроде пожелания удачи и благополучия. А что? Я сказал что-то не так? Тогда прошу простить моё невежество, – спешу принести извинения.

– Нет-нет, всё в порядке, просто эта фраза употребляется в несколько иных ситуациях, – сказал аль’Мериаль, а на эмпатическом уровне ощущаю усиливающуюся волну веселья.

«Стоило больше внимания уделять культуре и традициям экзотов, сейчас бы не чувствовал себя столь глупо. Ну, по крайней мере смог развеселить старшего представителя делегации…»

Практически у самого входа в особняк меня дожидается флаер службы безопасности станции. Распрощавшись с хозяевами и попросив отца Умии извиниться перед ней, забираюсь внутрь казённого аппарата.

Встречает меня, как ни странно, уже знакомый молодой офицер.

«Неужели он подрабатывает внештатным сотрудником конторы?» – проскальзывает в сознании весёлая мысль.

– Вижу, вы так и не прислушались к рекомендациям оставаться в выделенном помещении, – несколько раздражённо говорит Тайлер.

– Угу, я лишь хотел немного прогуляться перед сном по абсолютно «БЕЗОПАСНОМУ» району, – предпочитаю не оставаться в долгу.

Можно сказать, на этом диалог окончился, толком и не успев начаться. Зато во время полёта получаю возможность хорошенько обдумать произошедшее.

«Скорее всего, нападение на малышку лишь случайность. Наверняка ничего плохого не произошло бы и без вмешательства излишне горячего юноши. Схватка продлилась не более десяти секунд, беседа с экзоткой и того меньше. Охрана Аль’Эрии сработала достаточно оперативно, появившись лишь чуть позже меня. Ну, по крайней мере познакомился с интересными представителями иной цивилизации. А их предложение продолжить путь вместе выглядит очень заманчиво. Дождусь разговора с представителем центральных миров и лишь тогда приму окончательное решение. Приобретение симбионта, ставшего благодарностью за оказанную помощь, можно считать невероятной удачей. Не думаю, что легко смог бы достать нечто подобное, узнай я каким-то образом о его существовании. Да ещё и достался мне, по всей видимости, нестандартный экземпляр. Возможно, просто так аналогичные образцы вообще не покидают границы их цивилизации. Не случайно же во время рассказа о возможностях бионического устройства от начальника охраны миссии исходило такое раздражение. Что касается неиспользования представителями Союза подобных симбионтов, скорее всего, это связано с весьма небольшим процентом естественных псионов. В большинстве случаев граждане нашей цивилизации раскрывают дар уже после установки базовых нейроимплантов по средствам узкоспециализированных псионических модулей. Если же дар проявляется сам, ещё до внедрения подобных устройств, ребёнка наверняка практически сразу берут под особый контроль представители соответствующих служб. А там уж никто не будет экспериментировать с ментоактивным человеком столь высокого уровня, устанавливая оборудование чужой цивилизации, ставя под угрозу стратегический дар. Полагаю, этих причин вполне достаточно, чтобы лаюмы не получили широкого распространения в наших государствах. Ну и, естественно, далеко не каждый даже просто знает о их существовании.

Опасаться негативных действий со стороны руководства станции либо представителей службы безопасности не стоит. Можно сказать, своими действиями я предотвратил серьёзный дипломатический скандал. Да и заинтересованность направляющегося сюда представителя Союза является определённой защитой.

Естественно, не стоит светить полученными подарками, мало ли что. Контейнер с симбионтом и так никто не видел, его я убрал в один из карманов комбеза ещё в особняке. Обруч, который так и продолжаю сжимать в руке, сейчас спрячу в весьма объёмное отделение на груди многофункционального одеяния. Тайлер, конечно, видел устройство, но не думаю, что он сразу же побежит кому-то об этом докладывать. Мнемотранслятор легко принять за необычный коммуникатор, развлекательную систему либо индивидуальный искин».

Мои размышления прерывает посадка и распоряжение офицера следовать за ним.


Когда флаер унёс молодого человека на встречу с представителями службы безопасности станции, перейдя на родную речь, Лайон задал вопрос своему господину:

– Не слишком ли много внимание вы оказали человеку, киано Сайнал? Безусловно, за спасение Умии юноша достоин награды, но…

– Ты не прав, Лайон. Благополучие дочери стоит гораздо дороже, да и Алиер мне понравился. Есть в нём что-то, выделяющее его среди остальных соотечественников, – возразил старший экзот. – Ты обратил внимание на эмоциональный фон парня? – прозвучал встречный вопрос.

– Прошу простить меня, слышащий, разумеется, вы правы, – поспешил извиниться начальник охраны. – Действительно, весьма необычный набор эмоций; абсолютное спокойствие, умиротворённость, уверенность в собственных силах, балансирующая буквально на грани самоуверенности. Лезть глубже не решился, ментальные щиты оказались очень сильны, вряд ли удалось бы незаметно их обойти.

– Отметь, юноша не пользуется никакими интегрируемыми нейроустройствами, столь популярными в его народе. Да и нас он прекрасно чувствовал, я более чем уверен, – продолжил Сайнал.

– Да, подобное не совсем характерно для рядового представителя человеческой цивилизации. Но его дерзость, сказанная вашей дочери…

– Не будь слишком строг. В конце концов, это не его вина, а предоставившего неточный перевод, – возразил старший. – Кстати, в дальнейшем нужно будет более спокойно относится к подобным недоразумениям. Если и другие черпали информацию из аналогичных источников, в Союзе ещё не раз могут возникнуть похожие происшествия.

– Как скажете, киано Сайнал, – почтительно склонил голову помощник.

– Да, и вот ещё что: уверен, мы обязательно встретимся с молодым человеком, если не в ближайшее время, то в будущем точно. Если честно, очень любопытно, что готовит нам встреча, – улыбнулся Аль’Эрии.

– Вы «видите»? – с особым пиететом спросил Лайон.

– Ничего определённого, ты же знаешь, мой дар – лишь эфемерные ощущения грядущего, – ответил старший экзот. – В одном уверен точно: Алиер сможет достойно распорядиться подарками, а может, даже… В любом случае это будет весьма интересно…


В душе у младшей представительницы народа Аль’Эрии бушевал невероятно сильный ураган противоречивых эмоций. Обладающей немного застенчивым характером, Умии пришлось собрать всё: безрассудство, отвагу, решительность. Но иначе было нельзя…

Впервые за многие циклы посетившие сознание эфемерные образы оставили чёткое ощущение грядущего…

Грядущего, заставлявшего действовать именно так. Она не знала почему, но была абсолютно уверена: это единственно правильный путь…

Убежать из особняка оказалось на удивление просто. От девушки никто не ждал столь необдуманных действий. Никогда раньше не покидавшая пределов собственной цивилизации, на улицах жилой зоны станции она чувствовала себя безумно некомфортно. Любопытные взгляды случайных прохожих, не всегда приятный эмоциональный фон окружающих, излишняя суета людей – всё это доставляло определённые неудобства. Но поселившееся в душе чувство гнало вперёд, заставляя следовать по абсолютно незнакомому маршруту.

Конец ознакомительного фрагмента.