Вы здесь

Витязь вне закона. От создателей «Витязь специального назначения». Глава 2. Богатая событиями рутина (Вера Каменская)

Глава 2. Богатая событиями рутина

Кому-то одному не жить!

Забыто Зло, Добро…

Его смогло остановить

Лишь пули серебро.

…Летать в самолёте – занятие, всё-таки, более нудное, чем езда на поезде. К такому неутешительному выводу пришёл Бирюк, пятый час сидя в до смерти осточертевшем ему кресле. Там все-таки, какая-никакая, свобода передвижения. Можно прогуляться в вагон-ресторан, просто выйти в тамбур покурить, поболтать у окошка с соседкой или на станции большой размяться выйти.

А тут давишь кресло задницей и чувствуя, как эта часть тела постепенно отнимается. Бизнесс-класс, конечно хорош. И на том спасибо. Вот только спуститься в подвал здания администрации, открыть бронированную дверь электронным ключом и шагнуть из сырой сибирской весны прямо в сочную африканскую осень – всё-таки лучше. Но! Комитет сказал – скромнее надо жить. Есть, вашбродь! Бу-у сделано!

– Юра, – окликнул его с соседнего ряда Ирбис, маг-стратег среднеазиатского региона.

Как-то, ещё на заре туманной юности, пришлось им пересечься в одной головоломной операции на Северном Кавказе. К идущей там в то время войне, это безобразие никакого отношения не имело, чистейшей воды «пробой». Вот только рутинная операция, куда шефы отправили вчерашних выпускников, как они посчитали, «нюхнуть пороху», оказалась с подлым двойным дном. Когда это стало ясно, ничего уже изменить было нельзя – десять начинающих магов разлетелись на атомы. Но, тогда они с Ирбисом, не только выжили, но и отплатили пришельцам той же монетой.

Правда, их легонько пожурили, что не взяли ни одного «языка». Ха! Вот бы сами и попробовали! Но, зато им с ходу присвоили второй класс. Как ему потом пояснил шеф за бутылкой водки – никто вообще не понял, как они, собственно, умудрились уцелеть. А та жизнеформа, из-за которой чёрная голова Ирбиса украсилась импозантной сединой, так и осталось неизвестной науке. И хрен с нею, откровенно говоря. А уж как они после той операции нарезались!

– Я вас… – лениво отозвался он.

– О чём задумался, детина?

– Ты маг-кудесник или уже где? – поднял бровь Бирюк.

– Да я тебе без магии могу сказать, что ты об этой экономии энергии думаешь.

– Удивил. Да этого только слепой не услышит. Энергию они экономят! А то, что, пока мы на этой стальной птице тащимся, кого-то сожрать успеют, это им в головы не приходило?

– Вот, кстати. Тебя шеф перед отлётом инструктировал?

– Военная тайна. Имею право не отвечать на вопросы. Прошу мне разъяснить мои права и обязанности.

– Ну, понёс… – засмеялся памирец. – Расслабься, я серьёзно спрашиваю.

– Серьёзно я сейчас вообще не способен, – фыркнул Бирюк. – Торопился он куда-то. Сунул копию оперативки из Фритауна, велел прочесть в машине или в самолёте.

– И как? Ага, понял, – засмеялся Ирбис. – Тогда прочти, потом обсудим.

Страдальчески сморщившись, Бирюк достал из внутреннего кармана листок и развернул.


«Участились, а в некоторых регионах Африки приняли массовый характер случаи, когда сектами вуду в жертву приносятся этнические европейцы, которые похищаются специально для этого в США, Германии, Франции, Великобритании и т. д. Отмечаем особо, что ни одного случая похищения из России и бывших республик СССР оперативными службами ММК не зафиксировано. Некоторые регионы делают из этого вывод о причастности России и СНГ к данным инцидентам. Особо отмечаем, что такого рода предположения ничем пока не подтверждаются – проводится проверка. Информацию довести до сведения аналитических и оперативных подразделений как стратегического, так и тактического реагирования».


С первых же строк сонная одурь слетела, он поднял глаза и встретил серьёзный взгляд коллеги.

– Теперь понял?

– Не дурак. Вдвойне приятно, что мы и под подозрением тоже вместе. В хорошей компании и на эшафот идти приятно.

Ирбис поморщился, потом он махнул рукой и усмехнулся.

– Горбатого могила исправит. Нет, серьёзно, как это понимать прикажешь?

– «Энто как же ж, Вашу мать, извиняюсь, понимать?» – задумчиво процитировал бессмертные строки Бирюк. – «…Вот, как-то раз дают ему приказ…»

– Юра, я тебя сто лет знаю. Ты же всегда был блестящим аналитиком. Если ты Леонида Филатова вслух цитировать начинаешь, значит, до чего-то додумался. Ну, не томи ты, ради Аллаха.

– Блестящим аналитиком он был,

Потом парик себе купил…

– продолжал «гнать пургу» Юрий.

– …и под фальшивыми кудрями

Уже не мог блистать мозгами.

Мораль – чего тут объясняться?

Не надо лысины стесняться.

– Ты сам-то можешь поверить в то, что из такой ерунды можно сварить хорошую интригу?

– Да в том-то и дело, – в сердцах ударил себя кулаком по колену Ирбис. – Ты же тоже с «леопардами» уже сталкивался. Не могу я их представить частью такого грандиозного заговора, ну, хоть убей!

– Истину глаголешь, аксакал. Абсолютно обособленная секта, им все политические разборки вообще по тамтаму. Катахреза в чистом виде.

– И какой вывод?

– А простой, как пареный ананас. Латентность1.

– При чём тут это?

– Ну, ты же юрист! Что, я тебе про латентность рассказывать должен?

– Погоди, погоди. Ты думаешь, что наших тоже воруют, просто их никто не хватился?

– Считаешь такое невозможным?

– Наоборот. Более чем. У нас в любой республике по окраинам людей можно воровать столько, сколько хочешь.

– Угу. Как в том анекдоте про медведя.

– Каком?

– Не знаешь? Тогда слушай. Возле «военной точки» в глухой тайге матёрый медведь инструктирует молодого: здесь можно жить долго и без проблем. Как увидишь замполита, в охапку его – и всё. Только других офицеров не трогай. Ну, молодой говорит: а как эти замполиты выглядят? Ну, старик объяснил. То ли объяснил плохо, то ли молодой не понял… В общем, сгрёб салага офицера и тягу. Не успел с ним под кустом расположиться, глядит – батюшки! Тревога! Лес прочёсывают, прожекторами просвечивают, оцепление, стрельба по кустам. В общем, мишки еле ноги унесли. Бегут. Старый мишка молодого материт: ты зачем, дубина, взводного съел? Я тут пятнадцать лет замполитами питался – ни одного не хватились.

Ирбис захохотал так, что в салон прибежала молоденькая испуганная стюардесса. Увидев, что ничего угрожающего нет, она любезно предложила дорогим гостям прохладительные напитки. Гости вежливо поблагодарили и попросили минералки, которую та держала в руке. Зачем девочку зря гонять?

Но полёт, слава Богу, подходил к концу. Приземлились они в Лунги. Там их встретил высоченный менде в рубахе и шортах цвета хаки, со шрамиками племенной насечки на лице и здоровенной кобурой на ремне. Поздоровавшись со всеми, он жестом указал на стоящие поодаль три чёрных «лендровера».

Затем их долго везли куда-то за город. Струился маревом перегретый зноем воздух, от раскалённого на солнце металла тянуло жаром, как от доменной печи. Через стекло, размытыми видениями бродили пасущиеся стада зебр и антилоп. Мелькнула и скрылась за облаком пыли, поднятой колёсами машин, семейка жирафов, объедавшая колючие ветки акаций. Природе нет никакого дела до суетящихся тут и там людишек, у неё свои заботы.

Саванну с отдельно стоящими деревьями и купами кустарника постепенно сменил лиственный лес. Здесь их приветствовали визгливые голоса ссорившихся обезьян. Никакого умиления при этом они не испытывали. Это в зоопарке они уморительны и забавны, а в дикой природе очень опасный противник. Впереди блеснула вода в пересыхающем озерке, больше смахивающем на простую лужу. Наступал засушливый сезон и скоро от этого водоёма останется только потрескавшаяся от жары, окаменевшая тина, да голые, сбросившие листву деревья.

Бирюку приходилось здесь быть однажды, незадолго до установления власти Временного Комитета. Дай Бог памяти, году примерно в девяносто-девяносто первом. Сидящего за рулём менде ему тогда встречать не приходилось. А ведь вполне могли пересекаться, мужик уже в годах. Как-то он назвался при встрече, но имя, как назло, вылетело из головы. Впрочем, не беда, по-английски тот говорил хорошо. Лучше его, во всяком случае.

– Дружище, вы не могли бы нас пока в курс дела ввести? В дороге всё равно делать нечего. Если, конечно, это вас не отвлекает.

– Нет, – охотно отозвался тот. – Не отвлекает, я здесь родился, по этой дороге могу с закрытыми глазами ездить. Просто я подумал, что вы устали с дороги. У нас впереди ещё целый день.

– Вы хорошо говорите по-английски, – искренне сказал Ирбис.

– Я закончил Нджалу, пять лет работал в полиции Фритауна, – усмехнулся водитель. – Когда мой шеф заметил, что я… не совсем обычный инспектор, меня направили в Комитет.

– Не жалеете? – спросил Ирбис.

– Нет. В Комитете, как ни странно, специалистов по вуду – раз-два и всё. Нужно работать дома, иначе потом некуда будет вернуться. Значит, давайте по делу. «Леопардам» пираты привезли белого парня из Франции. Этой ночью он будут принесён в жертву. Место их обряда мы знаем, кто там будет – тоже. По сути, вас пригласили только как группу захвата. Мы запрашивали опытных боевых магов-оперативников. Лично вас двоих попрошу, полностью на себя взять безопасность этого бедного парня. Вуду – вещь весьма серьёзная. К тому же, есть информация, что ими руководит не местный.

– Как такое может быть? – искренне удивился Бирюк. – Не верится что-то. Я не хочу вас обидеть, но слишком уж необычная информация. «Леопарды» ведь очень обособленная секта.

– Мы и сами это знаем, – пожал плечами тот. – И информация пока не проверена. Собственно, потому и обратились к вам. Я специализируюсь по вуду, но с европейскими магическими практиками совершенно не сталкивался. В Академии, конечно, проходили, но…

– Я и сам проходил вуду, – согласился Ирбис. – Но, тоже только проходил.

– Я рад, что вы поняли. Никому не в радость бросать свои дела и мчаться решать чьи-то проблемы. Бьюсь об заклад, что вы подумали о коррупции в нашей среде.

– Если честно, – усмехнулся Бирюк. – То действительно подумали.

– Спасибо за откровенность. Но в данном случае действительно нужна ваша помощь. Поверьте, когда мы можем решить проблему сами, то никого не тревожим.

– Понял, спасибо.

– Вот и прекрасно, тем более, что мы приехали. Эта деревня – наша, вроде оперативной базы. Сейчас поужинаем, и валитесь спать.


…В течение дня подготовки, у Юрия сложилось впечатление, что африканские коллеги с ними, мягко говоря, лукавят. Они великолепно владели обстановкой. При так хорошо поставленной информации не составляло труда вывести эту секту раз и навсегда как вид фауны. Похоже, что пресловутые «леопарды» служили местному отделу для отчётности, как в старое время продавцы сотрудникам ОБХСС. К концу отчётного периода те рассасывались по магазинам, делали контрольные закупки и – пожалуйста!

Целая куча протоколов и материалов, направленных в суд – обвес, обсчёт и прочие пакости. Муза отчётности визжит от восторга, хлопая себя по толстым ляжкам. Вот и здесь, похоже, такая же кухня. Причём, если здешним магам просто лень работать – это полбеды. Хуже, если за этой вывеской прячется какая-нибудь более внушительная бяка, которую они пестуют. Знать бы ещё – с какой целью.

В свободную минуту, отдыхая в шезлонгах под навесом, где благодатный ветерок и тень давали возможность переждать жару, он лениво поделился этими размышлениями с Ирбисом. Тот нисколько не удивился.

– Знаешь, похоже, что ты прав. У меня самого впечатление похожее. Только – и что? Ты же их в разработку брать не будешь?

– Конечно, нет. Меня Комитет с ходу развоплотит за такие фокусы.

– Ну и не дёргайся.

– А кто дёргается? – хмыкнул Бирюк. – Так, ленивое чесание языка на перекуре.


…Они двигались между громадных стволов так тихо и плавно, словно были не здоровыми мужиками, а бесплотными духами. С оглядкой, не торопясь, заранее окружали место жертвоприношения. Свет чудовищно яркой луны пробивался сквозь переплетение ветвей и лиан, превращая всё вокруг в какую-то пятнистую псевдореальность.

«Посреди таких декораций точно захочется завыть на луну, громко щёлкая отросшими клыками», – почти весело подумал Бирюк.

Идущий впереди менде, поднял правую руку, сложив пальцы знаком «тишина».

«Бывший спецназовец» – автоматически отметил Юрий, замерев.

Уже и обычным слухом были слышны завывания, перемежаемые медленными ударами в ритуальный барабан.

«Отомри!» – подал беззвучную команду проводник.

Они двинулись, беря в широкий обхват большую поляну.

«Блин, не проворонить бы мальчишку!» – пронеслось в голове.

Ему все эти вопли ровным счётом ничего не говорили. На каком этапе шабаш, лукавый их знает? Может, это только «разогрев», а может, вот-вот начнут пацана на куски рвать? Вся надежда на местных. На служебном видео, он однажды видел то, что остаётся от человека, после таких вот обрядов. Суповой набор в сравнении с этим – просто вегетарианский салат.

Менде, чьё имя Бирюк так и не удосужился запомнить, жестами стал распределять их вокруг поляны. На ней дёргались в неверном свете луны фигуры, покрытые леопардовым мехом. В центре поляны на спине лежал пленник. Нубиец показал «Боевая готовность – ноль!»

Все застыли, как застывает в заднем положении взведённый курок или натянутая до уха тетива. Теперь им стало видно, как на хорошо утоптанной земле, со следами от старых кострищ, ломались в неверном свете луны и небольшого костра фигуры. Лица их блестели от пота, глаза закатывались и на губах выступила пена.

«Наверняка под наркотическим кайфом» – мимоходом отметил он.

Телодвижения ускорялись и из глоток рвались всё более громкие вопли, – дело шло к кульминации. Стало быть, парень ещё жив.

Зато на том месте, где только что стоял их чёрный, как эбеновое дерево, проводник, возник лениво перебирая кольцами тела огромный удав. Бирюк повидал немало, но это был, несомненно, высший класс. Замечательно наведённая иллюзия, ни одного изъяна. Память тут же услужливо подсказала, что даже грозный леопард опасается встречи с удавом, а что уж говорить про людей…

Право, зрелище стоило того, чтобы его записать. Но вот беда, – если всё это безобразие заснять на видео, то увидишь только чёрного мужика, который исполняет какой-то пугающе плавный завораживающий танец. Только одетые в леопардовые шкуры дикари почему-то цепенеют в смертельном ужасе. Маги-то его, конечно видели, так на то они и маги. Главное было сделано – сбит транс, расшатан маятник психики. Остальное уже было, как говорится, дело техники.

Парадом на ритуальной поляне командовал тип, весь затянутый в хорошо выделанную леопардовую шкуру, снятую вместе с головой. Теперь, вместо глаз были вставлены крупные жёлтые алмазы, вспыхивавшие в отблесках костра живым огнём при малейшем движении, а оскаленные клыки нависали над лбом. И впрямь – как настоящий живой зверь, вставший на задние лапы. Рядом с этой импозантной фигурой из земли выпирал большой плоский валун, а на нём лежал пленник. Был он связан или обездвижен как-то по-другому – не было видно. Думать стало некогда, потому что удав-менде дал отмашку «Пошёл!»

Участники операции возникли со всех сторон поляны. Уцелевшие после атаки удава «леопарды», тотем свой не посрамили, с похвальной быстротой бросившись на незваных гостей. Впрочем, гости были к этому готовы. Да и шок от встречи с гигантской змеёй сделал своё дело. От парализующих заклинаний пятнистые валились на землю, как сбитые кегли. Не зацикливаясь на них, Бирюк бросился к мальчишке. Их разделяло шага три-четыре, не больше, когда на дороге одним прыжком возник настоящий леопард. Точнее, настоящий оборотень, это-то Юрий сразу почувствовал.

– Бирюк! – послышался предостерегающий крик Ирбиса.

– Вижу, – сквозь зубы процедил он, лихорадочно прогоняя в голове варианты.

Маг-трансформер, он же оборотень, в таком виде почти неуязвим. Защититься от него для мага со стажем – не вопрос. Вопрос – спасти мальчишку. Мгновенно обесточить его нельзя, пока его защиту прошибёшь, он парня в клочья растерзать успеет. А если оборотень горячей кровушки хлебнёт, тогда уже придётся за собственную жизнь биться. И не в шутку, а всерьёз. Именно поэтому в региональных отделах нет оборотней. Ни одного. Как с ним работать прикажете, если в звериной шкуре он сам себе не принадлежит?

Мозги крутились с бешенной скоростью, а пальцы уже сложились в знак Огня. Вспышка! Взвыв, леопард попятился, запахло палёным волосом. В долю секунды Бирюк оказался между ним и мальчишкой. Впрочем, у леопарда реакция была ничуть не хуже. Прыгнув в сторону, он вонзил клыки в шею своего мирно лежащего адепта.

«Плохо! – успел только подумать Юрий, выхватывая из ножен кинжал с серебряным клинком, – Ой, как плохо!»

Шансов почти не было, но что же ему, шею подставлять прикажете?

И в этот момент откуда-то сбоку прогремел выстрел. Леопард взвыл, метнулся к лесу, но ещё два выстрела заставили его покатиться по земле, громко мяукая от боли. Подбежав почти вплотную, Ирбис всадил последнюю пулю точно между глаз оборотня.

Мощное поджарое тело ещё билось на земле, скребя когтями. Личина зверя на глазах сползала с него, как клочья обгоревшей на пляже кожи. Теперь на земле лежал всего лишь крепкий мужик. Белый, что характерно. Хотя, что-то в нём, определённо, не так. Да хрен с ним, при свете нормально осмотрим. Ирбис с улыбкой повернулся к другу.

– Однако, с тебя сто грамм!

– Дёшево ты меня ценишь, – хмыкнул Бирюк, рассматривая лежащего без движения парня. – Минимум бутылка и минимум коньяка.

– Ты и шайтана помолиться уговоришь, – усмехнулся памирец, пряча ствол.

– Слушай, ковбой, а что за патроны были в твоём кольте? Только не свисти, что серебро.

– Серебро, – серьёзно кивнул Ирбис. – Но не просто… Про мифрил слыхал?

– Иди ты!

– Пять штук с того раза осталось, четыре сейчас истратил, – печально вздохнул тот. – Да, что поделаешь? Для милого дружка серёжку из ушка, как говорится.

– Нет, ты серьёзно про мифрил? – не унимался Бирюк.

– Да серьёзно, серьёзно, – засмеялся друг. – С того самого случая не применял, берёг. Видишь, не зря берёг. Поддержи ноги.

Кандидат на главное блюдо, в этом несостоявшемся позднем ужине лежал в беспамятстве. Драные джинсы и мятая рубашка давно требовали стирки, а грязные и спутанные волосы – стрижки. Под закрытыми глазами синева, а под обломанными ногтями чёрная каёмка грязи. Отмыть бедолагу в хорошей бане, – станет на человека похож.

Бирюк помог положить парня в машину, мимоходом отметив, что на француза парень совсем не похож. Генотип, скорее, русский. Впрочем, какой генотип, о чём вы говорите? В этом Вавилоне всё давно перепуталось. Это, если мягко сказать. В это время юноша открыл мутные глаза и на чисто русском языке сказал: «Мама».


…Бирюк огляделся, но их помощь никому не требовалось. Их местный спутник с помощью видеокамеры документировал труп оборотня. Его коллеги грузили в большой пикап тела парализованных «леопардов».

– Их убили? – сипло спросил пришедший в себя спасённый.

– Да ну, что мы, звери, что ли? – Ирбис прямо-таки лучился благородством. – Глаза выколем и отпустим.

Парня явственно передёрнуло, он вытаращился на них с ужасом.

– Дядя шутит, – внёс ясность Бирюк. – Хуссейн, ты парня пожалей. Если его сейчас «кондратий» хватит, кого ты в комитет предъявлять будешь?

– А зачем меня предъявлять? – хрипло спросил спасённый.

– Тебя зовут как? – вместо ответа спросил Ирбис.

– Флэш… то есть, Фёдор.

– Так, ты русский, что ли?

– Ну, да.

– А почему Флэш? – заинтересованно спросил Бирюк. – Это же не фамилия, я правильно понимаю?

– Ребята в школе ещё прозвали, я Фёдор Лешаков, Ф-Леш. Ну, и за то, что компьютеры люблю.

– А, учишься на программиста? – Ирбис засмеялся. – Компьютерный гений?

– Нет, в юридическом.

– О, – Бирюк оживился. – Тогда мы коллеги. Наше право или международное?

– Наше. Н-ский институт.

– Вот так, – хмыкнул Хуссейн. – Ты, Юра, не только коллегу, но и земляка спас.

– Вы тоже из Н-ска? – удивился Флэш.

– А что, тебя, собственно, удивляет? – приподнял бровь Юрий.

– Ну, вы тут, в Африке…

– Ну и что? – пожал плечами Бирюк. – Ты ведь тоже здесь. Вот кстати, как тебя-то сюда занесло, землячок?

– Поехали, – толкнул его Ирбис увидев поданный знак. – Коллеги, похоже, закончили.

– А где сам менде?

– Он в другую машину сел, махнул, чтобы мы следом трогались.

– Садитесь. В дороге и поговорим. Кстати, ты не смотрел – машина чистая?

– Теперь чистая.

– Понял, не дурак. Садись рядышком, Федя. Чувствуешь себя как?

– Двигаться уже могу. Слабость в мышцах осталась, а так ничего, терпимо.

Юрий включил на пониженную и вдавил педаль газа. Машину мотало на ухабах не хуже, чем в сибирской глубинке. Фары выхватывали из темноты то кусты, то причудливое дерево, то в панике улепётывающую в чащу обезьяну.

– Держись крепче. Так каким ветром тебя сюда занесло?

– А мне как вас называть, простите?

– Фу, ты, блин… Прости старых хамов, запарились. Это Хуссейн Зарипович, он с Памира. А меня зовут Юрий Иванович. Если ты привык, чтобы тебя по имени-отчеству звали, тогда скажи.

– Да ну, – фыркнул парень. – Фёдор, и всё. Можно – Флэш. Мы с родителями во Франции отдыхали. А там в это время студенческие беспорядки начались. Ну, я… это… в общем, на демонстрации попал под раздачу. А в себя пришёл уже на пиратском катере…

Когда Фёдор запнулся, на Бирюка явственно пахнуло волной ужаса, он мгновенно и привычно «поймал волну» и перед глазами проплыла картина: блики пламени, сотканная из мрака фигура, наплывающие нечеловеческие глаза.

– Ну-ну, я слушаю.

– Здесь я недолго был. Меня вчера привезли. А вечером покормили какой-то бурдой и я вырубился. Вернее всё вижу-слышу, а шевельнуться не могу, как паралитик. Наверное, туда что-то подмешано было. До сих пор во рту гадость. А кто они?

– «Люди-леопарды». Не слышал про них?

– Какое-то кино, вроде, было…

– Ну, теперь и в жизни на них посмотрел, – сказал сзади Ирбис.

– Да век бы я их не видал, – с чувством отозвался парень. – Я же понял, что они меня сейчас на куски рвать начнут. Если бы не вы… Спасибо.

– Не за что, – усмехнулся Бирюк. – Свои люди, сочтёмся. При случае меня или Хуссейна Зариповича спасёшь и квиты.

Парень покосился на них и хмыкнул, по достоинству оценив шутку. В кармане замурлыкала рация. Тьфу, ты, забыл про неё совсем.

– Мэйдэй, мэйдэй, Бирюк, вызывает Чарли.

– Я Бирюк, слушаю тебя, приём.

– Бирюк, я Чарли, помнишь обратную дорогу?

– Чарли, это Бирюк, дорогу помню.

– Поезжай на базу, как понял меня?

– Понял тебя, Чарли, еду один. Есть просьба, пули из тела после вскрытия прошу возвратить, как личное магсредство.

– Понял. Попозже завезу, вместе с заключением. Роджер,

Бирюк сунул рацию в карман рубашки.

Сидевший рядом Флэш повернулся к нему.

– Юрий Иванович, а что там за змея была?

– С этой самой змеёй, я сейчас по рации говорил, – усмехнулся Бирюк, прикуривая одной рукой сигарету, а другой продолжая крутить баранку.

– А… так это он там с ней выплясывал. Я только не понял – куда она потом пропала, – оторопело уставился на него парень.

– Что тут непонятного? Это была галлюцинация. Ясно?

– Ясно, – озадаченно кивнул Флэш. – Нет, не ясно. Эти ведь тоже её видели! И вы тоже не спросили – какая змея? Значит, вы тоже…

– В логике парню не откажешь, – засмеялся Ирбис. – Что скажешь, Одинокий Волк?

– Да просто, – отозвался он. – Раз видели все, значит… блин, ну и дорожка! …значит, это была массовая галлюцинация. Такой ответ подходит? Что головой крутишь?

– Не верится мне что-то. А мужик-то настоящий был?

– Мужик настоящий. А что касается глюков… если не веришь, я готов выслушать твою версию.

– Нет никаких версий, – подумав, отозвался Фёдор. – А это что, деревня?

– Угадал, проницательный ты наш. Самая что ни на есть деревня. Стопроцентная «ридна сьерра-леонщина».

– Вспомнил! – воскликнул Ирбис. – Вспомнил я, всё-таки, на кого он больше всего походил!

– Кто? – не понял Бирюк, останавливая машину возле дома, в котором они провели вчерашний день.

– Да оборотень же, кто ж ещё!

– Ну, мало ли… Может, Чарли. Или вот Флэш, к примеру.

– Издеваешься? – подозрительно покосился на него Ирбис, – Никак к твоим шуточкам не привыкну.

– Привыкнешь, какие твои годы, – задумчиво отозвался Юрий. – Ну, вспомнил, так вспомнил. Вечерком расскажешь, лады?

– Конечно.