Вы здесь

Бегущий За Ветром. Бегущий За Ветром против культа Тло-Алипока. (А. М. Козлов, 2017)

Бегущий За Ветром против культа Тло-Алипока.

Отборный отряд воинов Тласколана занял крепость колдунов кровавого культа Тло-Алипока. Это было одно из тех небольших укреплений, которые длинной редкой цепочкой протянулись вдоль границы враждующих государств и периодически переходили из рук в руки. На этот раз противник оставил его без боя, едва увидев на склоне холма блеск солнца на наконечниках вражеских копий. Это сильно беспокоило командира отряда тласколанцев. Он послал вслед отступающим врагам конных разведчиков, чтобы те проверили, нет ли поблизости многочисленной армии или кого-нибудь из могущественных колдунов.

Командир восседал на стройном крепконогом жеребце. На нем были одеты традиционные тласколанские доспехи, которые обычно носила знать: панцирь из вываренных в рыбьем клее дощечек медного дерева, хитро связанных между собой веревками из волокон лианы; шлем из кожи и меди с пучком длинных разноцветных перьев; несколько медных браслетов на каждой руке для защиты запястий и предплечий от ударов; поножи из прочной кожи аллигатора. В руке командир сжимал крепкое копье с древком, покрытым причудливой ажурной резьбой. К его седлу были приторочены небольшой кавалерийский щит треугольной формы, лук с колчаном, полным стрел, и длинный прямой меч из западных королевств. Да и сам человек, несомненно, являлся выходцем с Запада, несмотря на пестрый восточный костюм, делавший его похожим на помесь броненосца с попугаем. Все его приказы выполнялись мгновенно и беспрекословно – ведь под его командой сражались лучшие воины Тласколана.

А самыми лучшими по праву считались наемники с Центрального континента: пехотинцы из западных королевств и кавалеристы из восточных эмиратов. Здесь, на Восточном континенте, ценились их выучка и умение сражаться правильным строем, отличное вооружение и расчетливое хладнокровие. Именно благодаря этим качествам Тласколан не раз одерживал победы над своими древними врагами – колдунами Тло-Алипока. Армия приверженцев кровавого культа была многочисленна, но плохо организована. Колдуны слишком много внимания уделяли чарам и заклинаниям, не принимая в расчет собственную армию.

Тласколан также имел собственных волшебников, владеющих боевой магией. Каждый военный отряд включал в свой состав одного сильного чародея или несколько колдунов послабее. Наемников, например, сопровождал некто Шализал – закутанная в серый плащ личность с вечно накинутым на голову капюшоном. Кроме командира, никто никогда не видел его лица, так как маги Тласколана опасались того, что вражеские колдуны, узнав их облик, смогут навести смертоносные заклинания. Наемники не раз заключали ставки, споря, мужчиной или женщиной является их сопровождающий, но никто из них, будь он даже самым отчаянным головорезом, не решился бы проверить это на деле. Шализал считался вторым человеком в отряде, он (или она?) не командовал солдатами напрямую, но те слова, которые произносились хрипловатым, будто простуженным голосом, никто не решился бы оспорить.

Вот и сейчас, когда Шализал сообщил командиру отряда, что намерен отправиться верхом вслед за разведчиками, тот не стал возражать, хотя мог бы напомнить, что по приказу Совета Старейшин Тласколана волшебники всегда обязаны находиться вместе с большей частью вверенных им воинов. Прищурившись, командир проследил, как всадник в серых, развивавшихся от быстрой скачки одеждах, перевалил через холм, и только после этого переключил свое внимание на другие дела.

Солдаты тем временем осмотрели крепость и принялись за подсчет захваченных трофеев. Увы, ничего ценного найдено не было: немного провианта, несколько в спешке брошенных щитов и мечей да дюжина серебряных кубков из офицерской столовой. Противник покинул укрепление быстро, но не в панике, забрав с собой все необходимое. Однако кое-что осталось.

В прочном дощатом сарае обнаружились два десятка пленников. Отощавшие люди с жадностью набросились на те запасы еды и воды, которые оставались в крепости. Они со слезами на глазах благодарили своих спасителей. Когда к пленникам подъехал командир, из их толпы вперед вышли грузный мужчина с длинной черной бородой и сохранившая до зрелых лет стройную фигуру женщина с высокими скулами и растрепанными светлыми волосами.

Мужчина представил себя и своих товарищей по несчастью:

– Меня зовут Хиджог Госвани. На некоторых островах архипелага Шори-Галдо меня знают под именем Бородатый Хиджог. Это – моя жена Джованна. А это – остатки моей команды. Два корабля привел я по зову владыки Тласколана. Два больших быстроходных корабля. Мы храбро сражались на море против отродий зла и тьмы, но в одном сражении были разбиты и взяты в плен. Нас потащили в грязный Хочитлан, чтобы принести в жертву мерзейшему Тло-Алипоку. Если бы не вы, нас ждали бы ужасные муки и жестокая смерть. Нет меры моей благодарности. Скажите мне, кому я обязан своим спасением? Кого мне благодарить все оставшиеся годы?

Командир нахмурился, как будто стараясь что-то вспомнить, и сказал:

– Здесь меня зовут Пернатым Вараном. А твое имя мне кажется знакомым. Где-то я его уже слышал, причем совсем недавно.

– Не мудрено, – выпрямился чернобородый. – На всех островах Шори-Галдо хорошо знают мое имя. Если ваша милость плыли с Запада на Восток, то не могли не слышать рассказов о великом мореходе Бородатом Хиджоге и его прекрасной жене.

– Точно! – Пернатый Варан едва не рассмеялся. – Как же я мог забыть?! Похоже, вытаскивать из плена членов твоей семьи становится моим ремеслом. Я же встречался с Фаэй Милли, твоей дочерью! Вот почему я заранее наслышан о тебе.

– Вы сказали про плен? – с тревогой спросила Джованна. – Моя девочка попала в беду?

– А, ерунда! – махнул рукой командир. – Теперь она на свободе. Когда мы расстались, Фаэй Милли собиралась зайти на остров Тухлой Черепахи, пополнить экипаж, а потом взять курс на восток. Кстати, она не говорила, что ты, Бородатый Хиджог – военный моряк. Ведь ты – пират, который одинаково грабит и слуг колдунов Тло-Алипока, и мирных тласколанцев.

Чернобородый вскинул руки вверх, как бы призывая в свидетели небо, и нараспев заголосил:

– Эти лживые слухи распространяют мои гнусные враги! Вот они-то как раз и являются злобными, отвратительными разбойниками. Я же с малолетства служу делу защиты обиженных и несчастных, нанимаясь для этого в армии благородных и милосердных владык.

Наемники, услышав последнюю фразу, весело загоготали. Каждый из них мог бы отнести к себе эти лицемерные слова. Хиджог обвел взглядом пеструю толпу наемников:

– Чего вы смеетесь, храбрые воины? Все мои речи истинны и откровенны. Я – честный наемник, капер. Я никогда не опускался до гнусного беззаконного грабежа.

– Ну да! – насмешливо крикнул один из наемников. – Беззаконному грабежу ты, наверняка, предпочитаешь законный.

– О, злобный язык! – возопил Бородатый Хиджог. – О, нечестивые домыслы! Если бы ты не был моим спасителем, я бы доказал тебе чистоту своих мыслей… с оружием в руках.

Наемники вновь рассмеялись. Но теперь объектом насмешек был не пират, а незадачливый шутник, который понял, что зашел слишком далеко, и теперь пытался укрыться за спинами товарищей. Впрочем, солдаты вовсе не хотели спрятать своего приятеля от гневного взора Хиджога. Наоборот, его старались вытолкнуть обратно, поближе к чернобородому пирату.

Неизвестно, чем бы кончилось это дело, если бы командир строго не прикрикнул:

– Хватит дурачиться! Пора отходить обратно к Силтакану. Стройтесь!

Смех мгновенно прекратился. Наемники торопливо занимали свои места в строю. Офицеры подгоняли их окриками, а иногда и крепкими пинками. Дисциплина – это то единственное, что могли противопоставить воины Центрального континента бесчисленным ордам служителей Тло-Алипока. В середине строя расположился обоз – двадцать больших телег, запряженных мулами. На них перевозили запас стрел, дротиков, другого оружия. Они же могли служить походным госпиталем.

Не успели наемники покинуть крепость, как вдалеке показался Шализал, подгонявший коня. Следом за ним мчались конные разведчики, высланные для осмотра окрестностей.

Не успев остановить коня, один из разведчиков прокричал:

– Сюда идут хочитланцы! Они уже близко! Их не меньше пяти тысяч: конные, лучники и копьеносцы.

– Не думаю, что это ловушка, – вслух подумал Пернатый Варан. – Скорее всего, беглые воины из гарнизона случайно наткнулись на передовой отряд, и теперь ведут его сюда.

– Они будут здесь менее, чем через час, – подъехав поближе, сообщил Шализал. – С ними сильный колдун. Я издалека почувствовал его ауру.

– Ускоренным маршем, назад! – прокричал Пернатый Варан. – Мы свое дело сделали. Надо отходить, пока не поздно.

Командир старался скрыть свою тревогу. В его отряде было всего пятьсот пехотинцев и две дюжины легких всадников, годных лишь для сторожевых дозоров. Сталкиваться с превосходящим отрядом Хочитлана явно не стоило.

Перед наемниками Пернатого Варана стояла задача провести разведку боем. Стратеги из Тласколана предвидели, что вскоре на их территорию вторгнется армия Хочитлана под предводительством колдунов Тло-Алипока. Засланные на вражескую территорию разведчики доносили, что неподалеку от границы в нескольких укрепленных лагерях враг накапливает крупные силы. И вот, похоже, наемники как раз и встретили первый отряд пришедшей в движение армии.

– Быстрее, быстрее! – подгонял солдат Пернатый Варан, вместе с Шализалом объезжая строй.

Крепость уже скрылась за лесистыми холмами, но тревога не оставляла командира. Он чувствовал, что так просто, без боя, им уйти не удастся. Это понимали и наемники. Они привычно шагали в ногу, позванивая доспехами. Спасенным пиратам, находящимся в середине строя возле обоза, приходилось едва ли не бежать трусцой, чтобы не отстать от пехотинцев. Но, несмотря на усталость, они не жаловались. Все понимали, что только в скорости их спасение.

И все же ловушка захлопнулась.

Передовые дозорные вернулись с докладом:

– Кавалерия хочитланцев обошла нас по другой дороге. Теперь они отрезали нас от Силтакана.

Вскоре посыльный от тылового заслона догнал основные силы и сообщил:

– Хочитланцы даже не стали заходить в крепость. Они идут за нами. Быстро идут. Это «костяные ноги».

«Костяными ногами» назывались лучшие пехотные части Хочитлана. Они умели сражаться правильным строем и носили большие полукруглые щиты с подвешенной снизу длинной полоской кожи или ткани, закрывавшей ноги до самых ступней. Эффект «свободно висящей ткани» защищал нижнюю часть тела от стрел. На этих кусках кожи для усиления защитных свойств часто нашивались косточки от съеденных солдатами куриц-красноклювок. При движении казалось, что у пехотинцев вместо ног – подол из костей.

– Колдун культа Тло-Алипока впереди, с конницей, – довершил картину Шализал. – Он уже начал творить заклинания.

– Будем прорываться, – решил Пернатый Варан. – Сколько впереди конников?

– Около сотни тяжеловооруженных и больше пятисот конных лучников.

– Для нас это ерунда. Здесь, среди холмов и перелесков, конница наполовину слабее, чем в поле. – Командир произнес это нарочито громко, чтобы ободрить своих воинов. – А с колдуном, я уверен, справиться Шализал. Главное – быстро разбить конницу, чтобы «костяные ноги» не ударили нам в тыл.

Наемники зашагали с удвоенной энергией.

– Они за следующим холмом, – предупредил Шализал.

Это же подтвердили и конные разведчики.

Пернатый Варан пришпорил коня и первым выехал на вершину. Его взгляду открылось поле предстоящего сражения.

– Хорошо выбрали место, негодяи, – зло процедил командир.

Враги расположились на пологой вершине следующей возвышенности. Между холмами протекала неширокая речка с берегами, густо поросшими тростником. Дальше начиналось открытое пространство, на котором вражеские конные лучники могли маневрировать, засыпая стрелами поднимавшихся по пологому склону пехотинцев.

Тяжелая кавалерия стояла плотными рядами, как на параде. Солнце переливалось на ярких пестрых плащах, расшитых бисером и золотыми пластинами. Ветер колыхал их головные уборы из высоких разноцветных перьев. На лица кавалеристов была нанесена боевая раскраска, отчего издалека казалось, что наемников поджидает армия экзотических южных птиц.

– Стройтесь в боевой порядок! – приказал Пернатый Варан переваливающим через вершину холма пехотинцам.

Наемники на ходу разворачивали строй и готовили оружие к бою. Многие воины носили привычные западные доспехи: железные кирасы, кольчуги, шлемы. Некоторые, отчасти устав бороться с ржавчиной, отчасти из-за жаркого влажного климата, отчасти подражая своему командиру, перешли на более легкие тласколанские панцири из дерева и кожи. Но у всех, даже у лучников и арбалетчиков, имелись большие овальные щиты, хорошо защищавшие от стрел, дротиков, камней и других метательных снарядов.

Не сбиваясь с размеренного шага, пехотинцы перестроились, сдвинули щиты и начали спускаться к реке.

– Сейчас ударит их колдун, – сказал Шализал.

Из речки навстречу наемникам на берег выбралось огромное существо, похожее на выросшего до размеров слона рака. Чудовище угрожающе щелкало клешнями и шевелило усами длиной с масличную пальму. Пехотинцы остановились. Воины передней шеренги опустились на одно колено, закрылись щитами и уперли копья в землю. Вторая шеренга придвинулась ближе и образовала с первой единую стену из щитов. Из-за этого укрепления в чудовище полетели стрелы и дротики.

Но панцирь гиганта оказался неуязвим для металлических наконечников. Впрочем, град ударов немного остудил его пыл, и он уже не рвался в атаку, как вначале. Этого времени оказалось достаточно, чтобы волшебник тласколанцев сотворил уменьшающее заклинание, и речной рак вновь обрел свои прежние размеры.

– Вперед! – скомандовал Пернатый Варан.

Наемники снова двинулись вниз. Один из них ногой раздавил несчастного рака, ставшего невольным оружием вражеского колдуна.

– Это был детский фокус для отвода глаз, – пробормотал Шализал. – Боюсь, нас ждет кое-что посерьезнее.

Но пока колдун культа Тло-Алипока никак не участвовал в сражении. К месту переправы ринулись конные лучники, на ходу пуская стрелы в сторону наемников. Те отстреливались из дальнобойных арбалетов, не подпуская врагов на дистанцию прицельного выстрела. Густые камыши немного нарушили ровный строй фаланги, но они же не давали возможности кавалеристам подъехать близко к берегу. Так что речку удалось преодолеть без потерь. Кроме того, оказалось, что в самом глубоком месте реки вода не поднимается выше пояса.

– Все не так уж и плохо, – заметил Пернатый Варан.

– Просто хочитланцы не ожидали, что мы с ходу станем их атаковать, – произнес Шализал. – Они не успели подготовиться.

– Возможно, – согласился командир. – Тогда, тем более, нельзя давать им времени на раздумья.

Шализал и Пернатый Варан наблюдали, как пехотинцы вброд переходят реку и выравнивают строй перед решающей атакой. Обоз, арьергардные когорты и спасенные пираты переправляться не стали. Конные разведчики также остались на вершине холма. Эти воины должны были наблюдать за приближавшимися «костяными ногами» и, в случае их преждевременного появления, постараться задержать или хотя бы отвлечь.

Передние шеренги наемников держали оборону, пока через реку переправлялись остальные пешие воины. Конные лучники напрасно проносились перед стеной плотно составленных щитов и пытались найти в ней хоть какую-нибудь брешь. Их стрелы не могли пробить деревянную основу и толстую многослойную кожу, проклеенную смолой «плачущего» дерева. Зато наемники-арбалетчики, стреляя через оставленные бойницы или прямо через головы своих товарищей, успели сбить на землю около десятка врагов.

– Хорошо, хорошо, – повторял Пернатый Варан, наблюдая за завязкой боя. – Их лошади не обучены атаковать плотное построение. На щиты и копья их не загонишь.

– Они на это и не рассчитывают, – послышался хриплый голос волшебника.

– Ты прав. Они не дают нашему строю рассыпаться, словно псы, сгоняющие отару овец. А кто мясник?

– Их колдун. Он готовит что-то мощное.

– Ты его уже нащупал?

– Пока нет. Он закрылся маскирующими чарами.

– Ничего, когда он будет готов нанести удар, ему придется снять свою защиту.

Пернатый Варан и Шализал перебрались на другой берег вместе с последней когортой. Командир обернулся и посмотрел на оставшийся позади холм. Там гарцевали его всадники. Сигнала о том, что появились «костяные ноги», пока не поступало.

Пернатый Варан поднялся в стременах и громко крикнул:

– Все вперед! Построение номер четыре!

Офицеры бросились перестраивать свои когорты, повторяя полученный приказ. Выстроившись правильным прямоугольником, ощетинившись копьями, наемники пошли в атаку.

Наверное, в тактике хочитланцев не был предусмотрен вариант, когда пехота атакует кавалерию. Конные лучники рассыпались в разные стороны, не зная, как следует поступать в подобных случаях. Своим маневром они не только открыли перед наступавшим отрядом свободное пространство, но и предоставили колдуну культа Тло-Алипока возможность применить магию.

Строй тяжелой кавалерии раздвинулся, и вперед выехал человек в таком длинном плаще из перьев, что его полы едва не волочились по земле. Человек поднял над головой руки, гортанно выкрикнул короткое заклинание и сделал такое движение, будто бросал вперед что-то тяжелое.

В воздухе на высоте человеческого роста появилось маленькое ярко-синее облачко. Оно поплыло вниз по склону, быстро набирая скорость, увеличиваясь в объеме и растягиваясь в ширину. Там, где оно пролетало, трава чернела и начинала тлеть.

– Дыхание Тло-Алипока, – идентифицировал заклинание Шализал. – Утверждается, что от него нет защиты. Можно только увернуться.

– Правый фланг – стой! Остальные – вперед! – Прокричал Пернатый Варан, размахивая своим резным копьем. – Правый фланг – перестроиться позади центра!

Одновременно с его словами налетел сильный боковой ветер. Он сдул Дыхание Тло-Алипока вправо, туда, где оно не могло причинить вреда наемникам. Вражеские всадники не ожидали, что заклинание колдуна резко поменяет направление движения. Часть из них была вынуждена проламываться сквозь кусты, отчаянно нахлестывая лошадей, другим пришлось прижаться к строю наемников и подставить себя под интенсивный обстрел из луков и пращей.

Те, кто не успел сделать ни того, ни другого, оказались прямо на пути ярко-синего облака. На несколько секунд они скрылись из глаз, и только человеческие вопли и конское ржание свидетельствовали о тех ужасных страданиях, которые испытывали умирающие. Дыхание Тло-Алипока покатилось ниже, а на черной выжженной земле остались лежать обгоревшие трупы. Даже оружие и доспехи оплавились от колдовского жара. Облако достигло реки, проделало широкую черную брешь в тростнике и без следа растаяло над водой. Чары иссякли.

Наемники, вновь восстановив свое построение, тем временем прошли уже почти треть подъема.

– Сейчас колдун пойдет ва-банк, – предостерег Шализал.

– Я чувствую, – согласился Пернатый Варан.

Человек в длинном плаще затянул монотонную песню на одной тонкой ноте. Всадники бросились врассыпную, не желая разделять судьбу своих товарищей. Прямо перед строем наемников в воздухе начала закручиваться кроваво-красная воронка. В ее центре показался большой круглый глаз янтарного цвета. Глаз несколько раз мигнул и с нечеловеческой злобой уставился на пехотинцев.

– Он хочет провести в наш мир демона, – на этот раз голос Шализала слегка дрогнул.

– Придется объяснить ему, что так поступать не следует, – тихо произнес командир наемников.

– Не поздно ли?

– Учиться никогда не поздно. Сделай вид, что колдуешь над моим копьем.

Шализал подчинился. Он несколько раз погладил резное древко, поплевал на острый наконечник. Солдаты оборачивались и с надеждой смотрели на совершаемый ритуал. Никому не хотелось идти прямо в пасть демона.

– Так сойдет? – спросил Шализал.

– Вполне.

Пернатый Варан почти без замаха бросил копье вперед и вверх. Всем было ясно, что оружие летит, подчиняясь магической силе. В самом деле, еще никто не видел, чтобы человек бросал копье на пятьсот шагов и попадал в цель.

А Пернатый Варан попал. Вражеский колдун, полностью поглощенный вызовом демона, не заметил стремительно летящую смерть. Копье вонзилось ему прямо в голову, раздробив череп так, что мозги потекли по плащу из перьев. Хочитланцы завопили от ужаса, наемники закричали от восторга.

Кроваво-красная воронка захлопнулась, поглотив самое себя и заглушив жалобный рык разочарованного демона. Резное копье тем же путем вернулось по воздуху в руку своего хозяина. Хочитланцы развернули коней и бросились прочь. Когда колдун погиб, нечего было и пытаться продолжать сражение.

– Первая и четвертая когорты – занять высоту! – приказал Пернатый Варан. – Вторая и третья – стой!

Вместе с авангардом он поднялся на вершину. Враг бежал, дорога на Силтакан была свободна. Через реку уже переправлялись обоз и всадники-дозорные.

Наемники приветствовали волшебника Шализала радостными криками.

– Ты сегодня спас нас!

– Благодаря тебе мы даже не скрестили мечи с врагом!

– Слава магам Тласколана!

Шализал молча проезжал мимо славящих его воинов. На самом деле он не был волшебником. Этот человек занимал пост Старейшины Тласколана по магическим искусствам, прекрасно разбирался в чарах, заклинаниях и ритуалах, но сам не умел даже зажигать маленький колдовской огонек. Шализал был теоретиком, а не практиком. Но его не смущало, что магический поединок выиграл совсем не он. Шализал был равнодушен к воинской славе, тем более, к мнению каких-то чужестранцев-наемников. Ему вполне хватало почестей и практически неограниченной власти Старейшины.

Из всего отряда один только Шализал знал, кто скрывался за обликом Пернатого Варана. Наемники очень удивились бы, если бы кто-нибудь им сказал, что тот, кого они почитали, как своего опытного и бывалого командира, являлся великим волшебником – Бегущим За Ветром. Именно он вернул несчастному раку естественный размер. Он вызвал ветер, сдувший в сторону смертоносное Дыхание Тло-Алипока. И он же использовал свой волшебный посох в качестве копья, чтобы уничтожить вражеского колдуна. Причем все это он проделал так ловко, что ни враги, ни друзья не раскрыли его тайны.

Бегущий За Ветром часто играл в подобные игры. Он скрывался под многими именами, под многими лицами. Его истинное имя было давно забыто. Его прозвище – Бегущий За Ветром – очень хорошо знали в этом мире. Вот уже более десяти тысяч лет его благословляли и проклинали, его призывали на помощь и им же пугали непослушных детей. В некоторых странах Бегущего За Ветром считали почти что Богом, в других он олицетворял собой мировое зло.

Бегущий За Ветром повелевал воздушной стихией. Ему были послушны ветры всех четырех сторон света. Он мог вызвать бурю, он же мог ее и утихомирить. За свою долгую жизнь волшебник несчетное количество раз вмешивался в дела людей. Иногда от его мимолетных прихотей история человеческой цивилизации выделывала довольно крутые виражи.

Две сотни лет назад Бегущий За Ветром сражался с колдунами культа Тло-Алипока. Тогда он посчитал, что это кровавое сообщество уничтожено навсегда. Время показало, что волшебник ошибся. Видимо, он все-таки не был Богом. Служители Тло-Алипока вновь зажгли огни на пирамидах Хочитлана. Вновь рокотали каменные барабаны, вновь приносились человеческие жертвы. Армия Хочитлана вооружалась и пополнялась за счет диких племен из южных прерий. Ее целью был Тласколан – богатое и многолюдное прибрежное государство.

Бегущий За Ветром прибыл на Восточный континент и предложил свою помощь Совету Старейшин Тласколана, чтобы окончательно стереть злых колдунов с лица земли. Но он не торопился раньше времени открывать свое имя всему свету. Известие о появлении Бегущего За Ветром пока не вышло за пределы Совета Старейшин.

Война только начиналась…

* * *

После столкновения с передовыми силами Хочитлана наемники беспрепятственно вернулись в Силтакан. Этот город-порт считался одним из первых объектов нападения вражеской армии. Он располагался в живописной бухте, образованной двумя реками: Таркотль и Бартакаль. Главная цитадель с трех сторон была защищена водой, а с четвертой – разветвленной сетью форпостов и бастионов.

За пределами стен, по берегам рек и океана располагались многочисленные причалы, пристани, склады и торговые помещения – основы благополучия и процветания города. Здесь причаливали, разгружались и загружались сотни судов из разных стран. Работа кипела с восхода солнца и до позднего вечера, продолжаясь при свете масляных светильников. Даже угроза приближающейся войны не сократила количества кораблей в порту. Купцы не собирались терять барыши и продолжали вести торговлю на всем побережье Восточного континента.

Убедившись, что отряду наемников отвели достойные казармы в цитадели, Бегущий За Ветром и Шализал отправились к градоначальнику Силтакана. Предъявив при входе во дворец амулеты, подтверждающие их высокий ранг, они незамедлительно были приняты с подобающими почестями.

Буквально через несколько минут из своих покоев резвой трусцой выскочил градоначальник Каллиль – полный, обливающийся потом человечек с маленькими бегающими глазками. Он так торопился, что от него отстала даже свита: писцы, лекари, гадальщики и ясновидцы. Лишь четыре телохранителя – огромные чернокожие воины с Южного континента – со всех сторон окружали своего хозяина и подозрительно поглядывали на неожиданных посетителей.

– Приветствую славных воинов, защищающих покой и мир Тласколана! – еще на ходу выпалил Каллиль. – Уф! Я несказанно счастлив, что вы вовремя прибыли в мой город. Уф! Недавно посещавшие меня купцы сообщили, что они видели передовые отряды хочитланцев всего в одном дневном переходе от города. Уф! Враги идут вдоль берега по старой мощеной дороге. Уф!

Бегущий За Ветром и Шализал переглянулись, причем для настоящего волшебника препятствием не стал капюшон на голове мнимого. Им сразу стали понятны и торопливость, и радость правителя Силтакана.

Шализал немного остудил пыл Каллиля:

– Мы отступаем от степной границы. По пятам за нами идут пять тысяч хочитланцев. А отряд принца Микаля уже прибыл?

– Пять тысяч?! – в ужасе закатил глаза Каллиль. – Какой принц Микаль? Вы – первые воины, пришедшие для защиты города за последний месяц. У меня всего триста солдат и полторы тысячи воинов городского ополчения. Купцы сейчас спешно грузят на корабли свои самые ценные товары. Они бегут прочь! Силтакан несет неисчислимые убытки! Уф!

Толстяк возмущенно фыркнул, как вынырнувший на поверхность воды кит.

– Но почему нет принца Микаля? – удивился Шализал. – Он должен был выйти из Тласколана через день после нас. Совет Старейшин направил на защиту Силтакана восемь тысяч пехотинцев и тысячу лучших кавалеристов. Они должны были появиться здесь неделю назад!

– Похоже, что-то помешало продвижению армии. – спокойно заметил Бегущий За Ветром. – Пока не разберемся, что происходит вокруг, наемники останутся в городе.

Каллиль удивленно вскинул брови:

– Простите, но, кажется, вы сказали «пока»? Вы что, тоже собираетесь оставить город?

– Да. Таковы были наши планы. Мы рассчитывали, что Силтакан достаточно хорошо защищен. Теперь наши планы изменились. Вполне вероятно, что город уже окружен со всех сторон.

– Окружен?! Уф!!!

У Каллиля подкосились ноги, и, если бы не подхватившие его под руки писцы, он наверняка повалился бы на мозаичный пол.

– Сколько хочитланцев движется по старой мощеной дороге? – спросил Шализал.

– Не знаю, – слабо простонал Каллиль. – Купец прибыл в город сегодня перед полуднем. Его гребцы едва не выпрыгнули из своих шкур, гребя в двойном ритме. Купец сказал, что по берегу движутся тысячи конных и пеших воинов. Уф! Они будут здесь уже сегодня вечером. Это конец!

Шализал презрительно скривил губы:

– Если врагов на берегу так много, то почему купец не видел их флот?

– Не знаю, я ничего не знаю! – продолжал стонать Каллиль. – Я уже умер. Меня уже нет. Слава Богам, что еще месяц назад я отправил семью на север. Моя жизнь не прожита зря!

Бегущий За Ветром ничуть не жалел трусливого правителя. Наверняка, вместе с семьей он заблаговременно отправил в безопасное место и все свое богатство. По законам Тласколана, градоначальник, бросивший свой пост, подвергался смертной казни. Так что Каллиль не мог бежать, но и ничего не сделал для защиты Силтакана.

Волшебник сказал:

– Мне нужен корабль, чтобы проплыть вдоль берега и разведать, с какими силами враг собирается напасть на город.

– Купцы бегут, город погибает! – горестно простонал Каллиль. – Конец мне, конец…

– Мне нужен корабль, – более громко повторил Бегущий За Ветром. – Где я могу его взять?

– Где угодно, – отрешенно махнул рукой правитель города, обвиснув на руках секретарей. – Наверняка, по городу уже разнеслась весть о том, что хочитланцы совсем рядом. В порту, конечно, сейчас паника… А мне все равно. Я уже умер.

– Шализал, на время войны ты – градоначальник, – приказал Бегущий За Ветром. – Все солдаты переходят в твое распоряжение. Постарайся сделать все, что еще можно успеть.

– Ну, что же, пришел конец отрядному колдуну, – Шализал скинул с головы капюшон, явив миру лицо сорокалетнего мужчины с орлиным носом и волевым подбородком.

Если Старейшина Тласколана по магическим искусствам и не был полностью доволен поворотом своей карьеры, то ничем не выразил протеста. Во-первых, как истинный патриот своей страны он готов был принять на себя эту ответственность. А, во-вторых, в легендах рассказывалось о тех, кто осмеливался перечить приказам Бегущего За Ветром. Шализал не собирался повторять их ошибок.

– Сколько в порту военных кораблей? – на этот раз вопрос Бегущего За Ветром не был адресован лично Каллилю, а относился ко всей его свите.

Вначале повисла пауза. Каллиль еще не оправился от внезапной потери своего влияния, а его помощники не определились, сохранять ли преданность бывшему градоначальнику, или выслуживаться перед новым.

Наконец, молодой помощник третьего писца робко произнес:

– Все военные корабли должны охранять убегающих… то есть, отплывающих купцов. Свободных кораблей нет.

– Что, совсем нет? – внимательно посмотрел на него Бегущий За Ветром.

– Я вспомнил! Три дня назад из Тласколана сюда прислали четыре капера(12). Но это не военные, а настоящие пираты. Я думаю, что они уже давно сбежали.

– Проверим, – пожал плечами волшебник. – Проводишь меня в порт. Шализал, ты остаешься в цитадели, так что лошадь тебе не нужна. Эй, как твое имя?

– Риманаль, – пискнул помощник писца, уже успевший трижды пожалеть о своем несдержанном языке.

– Риманаль поедет со мной в порт на твоей лошади, Шализал. Вам, всем… – Бегущий За Ветром обвел взглядом толпу прихлебателей Каллиля. – …придется побегать. Новый градоначальник не терпит лентяев. Ясно?!

Чтобы усилить эффект, волшебник стукнул копьем по мозаичному полу. Эхо от громкого щелчка, как раскаты приближающейся грозы, заметалось под сводами дворца.

Шализал распорядился:

– Телохранители, проводите бывшего градоначальника в его покои. Вопрос о его судьбе я рассмотрю позже. От вас, писцы и секретари, я жду немедленный отчет о состоянии укреплений, количестве оружия и боеприпасов, расположении солдат.

Убедившись, что Шализал уверенно взялся за дело, Бегущий За Ветром бросил:

– Риманаль, за мной.

После чего, не оборачиваясь, быстро направился к выходу. За спиной он услышал торопливую дробь шагов припустившего трусцой молодого человека.

* * *

Два всадника с трудом продвигались по улицам Силтакана. Прогнозы трусливого Каллиля полностью подтвердились: в городе царили толчея и суматоха. В богатейших дворцах купцов и местной знати спешно грузили на повозки и переправляли в порт драгоценности, утварь, одежду и мебель.

Бегущий За Ветром едва сдерживался, чтобы не применить колдовство. Но время явить свое настоящее имя еще не настало. Поэтому ехавший впереди Риманаль постоянно выкрикивал:

– Дорогу Пернатому Варану! Дорогу уполномоченному Совета Старейшин Тласколана!

Это звание и роскошный наряд тласколанского военачальника еще имели влияние на жителей Силтакана. Паническое безумие, когда родители топчут детей, а мужья спихивают в воду жен, чтобы освободить место на корабле, пока не охватило добропорядочных купцов.

Наконец всадники добрались до причала, отведенного под стоянку каперских кораблей. Один из них сразу показался Бегущему За Ветром знакомым. Именно эту военную джонку он угнал из порта Тхо-Хеджа и отдал предводительнице пиратов Фаэй Милли.

– Старый друг лучше новых двух, – подумал про себя волшебник и повернул коня в сторону знакомой джонки.

Волна всеобщего бегства еще не докатилась до этого причала. Хотя вокруг в море спешно выходили караваны пузатых двухмачтовых судов в сопровождении черных боевых триер, на каперах царила спокойная атмосфера.

Но Бегущий За Ветром не был так наивен, чтобы считать, будто каперы собираются участвовать в обороне города. Скорее всего, пропустив вперед хорошо охраняемые караваны, пираты рассчитывали поживиться за счет отставших купеческих кораблей. Как правило, эта тактика приносила хорошие результаты: те купцы, которые стремились забрать с собой все свои богатства, покидали город последними.

– Все в порядке, – сказал Бегущий За Ветром Риманалю, слезая с лошади. – Возвращайся в цитадель и передай Шализалу, что я отправлюсь на разведку вдоль побережья на юг. Постараюсь вернуться сегодня к полуночи или завтра на рассвете. Мою лошадь тоже возьми.

Молодой человек с сомнением посмотрел на разношерстную компанию морских бродяг, живописно расположившихся на палубе джонки и на надстройках.

– Может, вызвать солдат для подкрепления? – предложил он.

– Езжай, – махнул рукой волшебник. – Я справлюсь один.

Не заставляя себя уговаривать, Риманаль развернул свою лошадь и потянул за уздечку лошадь Бегущего За Ветром.

Сам же волшебник неспешно поднялся на борт джонки по сброшенному на причал трапу. Его встретили внимательные оценивающие взгляды пиратов. Среди них были шестеро тех, кто отплыл из Тхо-Хеджа. Но они не узнали Бегущего За Ветром в его пестром тласколанском наряде. Кроме того, за прошедшие четыре месяца он сильно загорел и немного похудел от армейской походной жизни.

Волшебник огляделся и заметил, что некогда вычищенная и вымытая военная джонка теперь превратилась в настоящий пиратский корабль с соответствующим внешним видом: смесью нелепой крикливой роскоши и пренебрежительной неряшливости.

– Где ваш капитан? – громко спросил Бегущий За Ветром, обращаясь сразу ко всем пиратам.

С кормовой надстройки спрыгнул обнаженный по пояс морской разбойник. Его волосы стягивал ярко-алый платок. Кожаные штаны поддерживал широкий пояс, на котором крепились ножны двух широких ножей. Под задубевшей от долгих морских странствий кожей перекатывались стальные мускулы.

Волшебник с некоторой печалью констатировал, что, как видно, Фаэй Милли лишилась звания капитана.

Но слова разбойника опровергли его пессимистические предположения:

– Капитан Фаэй Милли отдыхает. А ты-то кто такой?

– Меня называют Пернатым Вараном. Я командую отрядом наемников в армии Тласколана. Но сейчас мне нужен этот корабль. Я хочу проверить…

Пират не дал волшебнику договорить:

– Тебе нужен этот корабль?! А вот это ты видел?! – Он сделал весьма оскорбительный жест.

Бегущий За Ветром достал из мешочка золотой амулет:

– Это знак Совета Старейшин Тласколана. Поступая на службу, вы обязались выполнять все приказы вышестоящих командиров.

– Забавная безделушка, – глаза морского разбойника алчно уставились на амулет, а в его голосе зазвучали угрожающие нотки. – Ты считаешь, что она тебе поможет?

Краем глаза волшебник заметил, что внешне безразличные и равнодушные пираты медленно подтягиваются в сторону назревающего конфликта, подобно тому, как реющие высоко в небе стервятники начинают заранее описывать круги над местом будущей охоты волчьей стаи.

– Позови Фаэй Милли. Она меня знает.

Бегущий За Ветром рассчитывал, что эти слова образумят пирата, но результат оказался прямо противоположным.

– Ага-а-а! – злорадно протянул разбойник. – Хочешь подкатиться к ней под бочок? Не выйдет! Наш капитан предпочитает крепких ребят вроде меня, а не разряженных щеголей – штабных лизоблюдов.

Волшебник воткнул в палубу свое копье, неспешно снял с головы украшенный перьями шлем и надел его на вертикально торчащее древко.

Потом он оглядел пиратов, которые столпились вокруг, и совершенно спокойно спросил:

– Кто-нибудь будет возражать, если я убью этого ублюдка?

В глазах людей отразилось изумление, а пират выхватил оба своих ножа и бросился на Бегущего За Ветром. Их разделяли всего три шага, поэтому волшебник даже не попытался вытащить из ножен свой меч. Вместо этого он левой рукой перехватил запястье нападавшего, а правым кулаком, сжатым в форме «головы дракона», нанес прямой удар ему в горло.

Пират упал на палубу и забился в конвульсиях. Его горло было перебито. На губах надувались и лопались кровавые пузыри. Почувствовав легкое колебание воздуха позади, Бегущий За Ветром, не глядя, нанес резкий удар ногой. Его пятка очень удачно попала прямо в паховую область еще одного разбойника. Волшебник выхватил свой меч и очертил круг, прокрутившись на каблуках. Пираты отпрянули в стороны. Ударом ноги Бегущий За Ветром сломал шею второму нападавшему. Первый в это время еще раз дернулся и затих. Но из его рта на палубу продолжала вытекать струйка крови.

Чтобы справиться с парой разбойников, волшебнику не пришлось прибегать к помощи магии. Его искусство рукопашного боя восходило к тем временам, когда люди с голыми руками выходили на саблезубых тигров и пещерных медведей. Потом эволюция разделила людей. Одни стали совершенствоваться самих себя и свою магию, другие начали изготавливать оружие и орудия труда. Из первой ветви в этом мире остался один Бегущий За Ветром. Долгие тысячелетия волшебник наблюдал за тем, как люди, пошедшие по пути создания материальных предметов, постепенно забывают о прежних своих умениях. Лишь на некоторых островах архипелага Шори-Галдо сохранились жалкие остатки древних боевых искусств. Но они не шли ни в какое сравнение с тем, что люди утратили.

– Кто еще хочет оспорить мои приказы? – все также спокойно поинтересовался Бегущий За Ветром и обежал взглядом лица людей.

Он заметил, что трое знакомых пиратов что-то возбужденно шепчут своим товарищам.

А четвертый, наверное, самый отчаянный, решился спросить:

– Господин, не вы ли тот самый человек, который освободил нас в Тхо-Хедже, и которого мы отвезли на остров колдуна Вих-Дар-Лохара?

– Да, это я, – ответил Бегущий За Ветром.

– Я очень рад, что вы наконец-то нас нашли, – пират выразительно посмотрел на два трупа. – Давно пора!

Напряжение спало. Морские разбойники, стараясь сохранять достоинство, разбредались по своим местам и возвращались к прерванным занятиям. Должно быть, кто-то все же осмелился потревожить капитана, чтобы сообщить о случившемся, так как дверь кормовой надстройки распахнулась, и на палубе появилась Фаэй Милли.

Ее сальные волосы свисали на потное лицо со следами грязи. Одежда, состоявшая из кожаных штанов и рубахи с короткими рукавами, была помята и испачкана. В одной руке предводительница пиратов сжимала бутылку, на донышке которой еще плескалось темно-бордовое вино, другая рука лежала на эфесе изогнутой сабли в дорогих, но потертых ножнах.

Фаэй Милли мутными глазами обвела палубу и с заметным усилием сфокусировала свой взгляд на двух трупах. Не заметив стоящего неподалеку волшебника, она обратилась к ближайшему пирату, с трудом выговаривая слова заплетающимся языком:

– Что за бардак? Кто прикончил Шалопая и Гиену?

Пират показал на Бегущего За Ветром и быстро произнес:

– Тласколанский генерал. Пернатый Варан. Крутой, как сам дьявол.

– Крутой, значит?! – повысила голос Фаэй Милли. – Приперся на лично мой корабль! Завалил двух лучших воинов!!! И на что он рассчитывает?! Клянусь сотней акульих плавников, что…

Пиратка потянула из ножен саблю и сделала шаг в сторону волшебника.

– Ты?!!! – ее глаза округлились от изумления, из головы моментально выветрились хмельные пары. Рука разжалась, и бутылка покатилась по палубе, расплескивая остатки вина. Через несколько секунд темно-бордовая дорожка перечертила лужу крови, вытекшую изо рта мертвого пирата.

– Меня зовут Пернатым Вараном, – сказал волшебник. – Мне нужен этот корабль, чтобы провести разведку южного побережья. Дело срочное. Прикажи отплыть немедленно.

Скорее для команды, чем для Фаэй Милли, Бегущий За Ветром потряс в воздухе золотым амулетом Совета Старейшин.

Пиратка тем временем справилась со своими чувствами и с заметной ехидцей спросила:

– Что же ты не взял с собой свою дорогую жену? Не боишься, что ее снова похитят в твое отсутствие?

– У меня больше нет жены, – выдавил из себя улыбку Бегущий За Ветром.

И, предупреждая следующий вопрос, быстро добавил:

– Мы расстались. Она вышла замуж за другого.

Вначале Фаэй Милли не поверила. Единственная из всех пиратов она знала о том, что под маской обычного человека скрывается легендарный волшебник. Но, посмотрев в глаза Бегущего За Ветром, почувствовала, что тот говорит правду.

Тогда она презрительно фыркнула:

– Что же ты связался с такой стервой?

Взгляд волшебника заледенел:

– Это не вам судить, капитан. Извольте выполнять распоряжение тласколанского военачальника.

– Извини… извините, – искренне произнесла Фаэй Милли, поняв, что переборщила. – Лично у меня выдалась поганая неделя. Иногда сама не понимаю, чего болтаю.

Потом она рявкнула на пиратов:

– Чего сидите, как клуши на насесте?! Не слышали приказа?! Отдать концы! Весла на воду! Поднять паруса! Живее, ленивые слизняки!

Все немедленно бросились выполнять ее приказания. Бегущий За Ветром с удовлетворением отметил, что авторитет у Фаэй Милли за прошедшие четыре месяца ничуть не убавился.

Пиратка посторонилась, чтобы пропустить втягивающих трап матросов, и как бы ненароком сделала еще несколько шагов к волшебнику:

– Не собакувалите… тьфу, не солбаговалите… тьфу, не соблаговолите ли проследовать в мою каюту, о великий тласколанский полководец?

– Соблаговолю, – улыбнулся Бегущий За Ветром.

– Она направо от входа… тьфу, ты же и сам это знаешь. Подожди лично меня там, пока вещи Шалопая не выкинут из твоей бывшей каюты.

Волшебник даже не повел бровью, услышав, что убитый им пират занимал столь высокий пост на корабле – фактически, второй после капитана.

Решив, по-видимому, расставить сразу все по своим местам, Фаэй Милли качнулась вперед и прошептала прямо в ухо Бегущего За Ветром, обдав его волной перегара:

– Если хочешь знать, Шалопай не был лично моим любовником. Хотя и добивался этого, с-с-свинья.

Она выжидающе посмотрела на волшебника, словно желая услышать ответ на невысказанный вопрос.

– Я подожду в твоей каюте, – ничего не выражающим тоном произнес Бегущий За Ветром, снял с древка шлем, выдернул из палубы копье и направился к кормовой надстройке.

Войдя в каюту Фаэй Милли, он первым делом широко распахнул ставни и легким колдовством вызвал поток воздуха, который унес запахи немытого тела, остатков пищи и винных паров. Осмотревшись, волшебник не нашел места, где можно было бы сесть без риска испачкать свою одежду. Узкая койка предводительницы разбойников со смятыми серыми простынями его тоже не прельщала.

Поэтому Бегущий За Ветром стоя дожидался появления Фаэй Милли. Ее приходу предшествовали шум и голоса в каюте напротив. Оттуда на палубу выбрасывали веши Шалопая. Любой желающий мог теперь ими воспользоваться.

Наконец дверь раскрылась, и волшебник вновь увидел капитана корабля. Одежда девушки была насквозь мокрой, только что вымытые волосы прилипли к лицу.

– Мне надо переодеться, – с порога заявила она и подняла крышку большого окованного железными полосами сундука.

На кровать и на спинки стульев полетели разноцветные платья разных стран и народов. Совершенно не смущаясь присутствием Бегущего За Ветром, Фаэй Милли сбросила с себя мокрую одежду и повернулась к нему, держа перед собой два платья, возможно, принадлежавшие ранее дочери султана Багрипура или Фарахшской принцессе.

– Как ты думаешь, что мне больше идет? – игриво спросила она, прикладывая к себе то одно, то второе платье.

Четыре месяца назад предводительница пиратов влюбилась в волшебника. Но тогда Бегущий За Ветром сохранял верность своей жене и не ответил на недвусмысленные призывы девушки. Теперь он был свободен от супружеской клятвы, но тем не менее довольно холодно ответил:

– Тебе идет и то, и другое. Решай сама.

– Может, ты предпочел бы видеть меня такой? – Фаэй Милли отбросила оба платья и приняла чрезвычайно соблазнительную позу.

– Тебе привет от родителей, – сказал Бегущий За Ветром. – Они остались в Силтакане. Извини, что забыл сказать об этом раньше.

– Папашка с мамашкой живы?! – радостно воскликнула пиратка, и на несколько секунд в ее больших карих глазах отразились тепло и любовь.

– Оденься, а то простудишься, – воспользовался переменой в ее настроении волшебник.

– Простужусь, как же, – буркнула Фаэй Милли, но все же стала натягивать на себя широкие штаны из малиновой парчи, расшитой золотыми нитями. – Последнее время у меня по жилам течет не кровь, а вино. Никакая зараза меня не возьмет. С тех пор, как ты покинул лично мой корабль, все пошло наперекосяк. Сто тысяч проклятий тебе на голову. Я по уши втюрилась в тебя. Лично я только что пыталась тебя соблазнить, а ты остаешься холодным, как эдакий проклятый чистенький айсберг.

– Ты очень красивая девушка, Милли… – начал Бегущий За Ветром, когда пиратка одела роскошную куртку без рукавов.

Пальцы девушки начали вновь расстегивать пуговицы, поэтому он быстро продолжил:

– …Но сейчас у нас нет времени на личные отношения. Со всех сторон к Силтакану движутся войска колдунов Тло-Алипока. Я должен их остановить.

– Так дело только в этом? – с затаенной надеждой спросила девушка.

– Не только, – Бегущий За Ветром показал взглядом на грязную запущенную каюту. – Махнуть на себя рукой – не самый лучший способ что-то доказать всему миру.

– Поняла, – предводительница пиратов заметно покраснела.

– Я пойду на палубу. Скоро могут появиться корабли Хочитлана. Мне опять нужна твоя помощь, Милли.

– В прошлый раз ты меня бросил, как только лично я довезла тебя до острова колдунишки, – напомнила девушка.

– Я не скрывал от тебя цели своей поездки, – улыбнулся Бегущий За Ветром. – Не буду скрывать и теперь.

Он сделал два шага вперед, сжал руками плечи девушки, привлек ее к себе и поцеловал. В щеку. После чего вышел из ее каюты.

Фаэй Милли без сил опустилась на свою койку и тихо пробормотала себе под нос довольно длинное и заковыристое ругательство. Только так предводительница морских разбойников умела выражать свои самые глубокие чувства.

* * *

Прошло несколько часов. Попутный ветер, вызванный стараниями волшебника, подгонял джонку вперед. Бегущий За Ветром все время стоял на носу корабля и напряженно вглядывался вдаль. Тласколанские доспехи, шлем и меч он сложил в своей каюте, оставив при себе только копье с древком, украшенным непонятными письменами.

Волшебника смущало то, что до сих пор не было видно признаков наступающих хочитланцев. Корабль шел в пределах видимости берега, а способности Бегущего За Ветром позволяли ему разглядеть все, что происходило на старой мощеной дороге, идущей вдоль побережья. Купец, приплывший в Силтакан, утверждал, что по этой дороге движутся несметные полчища воинов Тло-Алипока. Но джонка давно уже должна была встретить передовые дозоры врагов. Однако берег был абсолютно чист.

– Еще немного, и мы пересечем границу Тласколана, – сказала Фаэй Милли.

Все это время она деловито сновала по кораблю, отдавая приказы пиратам. Бегущий За Ветром с удовлетворением наблюдал за быстрыми переменами, происходящими с девушкой. Словно по волшебству, исчезли мешки под глазами, на щеках заиграл здоровый румянец, молодое тело налилось кипучей энергией.

– Что-то здесь не так, – задумчиво произнес волшебник. – В течение последнего часа мы прошли мимо трех рыбачьих деревушек, но я не заметил ни одного человека, ни одной лодки.

– Может, все вышли на промысел далеко в океан? – предположила Фаэй Милли.

– Включая женщин, стариков и детей? Не думаю. Но и хочитланцев тоже не видно. Неужели все местные жители укрылись в горах?

Бегущий За Ветром взял свое копье за конец древка одной рукой и вытянул наконечник в сторону побережья. Он закрыл глаза и пробормотал несколько заклинаний. И капитан, и ближайшие пираты с интересом следили за его действиями.

Через несколько минут волшебник глубоко вздохнул и посмотрел на пиратов:

– Ничего. Совершенно ничего. На берегу нет ни одного живого или неживого существа. И это вдвойне подозрительно.

Он немного подумал и сказал:

– За этим мысом должна быть еще одна деревушка. Подойдите к берегу вон там – где на берегу растут три кокосовые пальмы. Я проберусь в деревню по суше. Ждите меня здесь.

Люди этого мира довольно часто сталкивались с колдовством, но даже пираты были удивлены тем, что их самозваный пассажир, не дожидаясь, когда джонка причалит к берегу, оседлал свое копье, взлетел в воздух и через минуту скрылся в прибрежных зарослях.

– Встать на якорь! – приказала Фаэй Милли.

Пираты исполнили ее приказание, хотя близость обезлюдевшего побережья и скрывающаяся за этим зловещая тайна пугали даже самых отчаянных головорезов.

В напряженном ожидании прошло еще около часа. За это время те пираты, что уже встречались раньше с Бегущим За Ветром, успели просветить остальных своих товарищей. Конечно, настоящего его имени они не знали, но пиратам было вполне достаточно и того, что их спутником стал могущественный маг. Фаэй Милли стояла на корме возле рулевого, но никто не решился задать своему капитану вопрос относительно личности того, кто представился, как Пернатый Варан.

Наконец на берегу появилась знакомая фигура, приветственно махнула рукой и вспрыгнула на копье. На этот раз полет волшебника не был таким ровным и быстрым. Но он преодолел полосу воды и спрыгнул на палубу джонки.

Фаэй Милли сбежала по трапу с кормы и растолкала столпившихся пиратов:

– Что там творится, накрой цунами весь этот берег?

– Ничего хорошего, – устало ответил Бегущий За Ветром. – Культ Тло-Алипока обзавелся такой магией, которая раньше была ему не по зубам.

– И что теперь делать?

Волшебник оглядел собравшихся:

– Надо сделать важную работу. Смертельно опасную. Но риск будет хорошо оплачен.

– Что от нас требуется? – спросил один из тех, кто уже плавал с Бегущим За Ветром.

– Беспрекословно подчиняться всем моим приказам. Не раздумывая и не споря.

– Это слишком туманно, – скептически заметил один из пиратов.

– Я не могу ничего обещать заранее, – повысил голос волшебник. – От неожиданности и непредсказуемости наших действий будет зависеть половина успеха. Вы должны полностью довериться мне, и тогда не только останетесь живы, но и обретете сказочное богатство. Вам простят все прежние преступления, вы сможете поселиться в любой стране мира.

– От чьего имени ты это обещаешь? – послышался голос из задних рядов.

– От своего. От имени Бегущего За Ветром.

Пираты одновременно вздохнули. Это имя каждый слышал еще с пеленок.

– Видно, дело плохо, раз ты себя раскрыл, – сказала Фаэй Милли.

– Хуже не бывает, – весело улыбнулся волшебник. – Поэтому я не настаиваю, чтобы за мной пошли все. Кто боится, может сойти на берег. К утру вы доберетесь до Силтакана. Новый градоначальник Шализал о вас позаботится. Я отправлю ему сообщение. Еще два дня эта дорога будет безопасна. Купец преувеличил ближайшую опасность, но даже не смог бы себе представить опасность будущую. Если мы не поторопимся, Тласколан будет уничтожен, а потом – и весь мир.

Эта речь заставила пиратов призадуматься. Чтобы сгладить впечатление от мрачных пророчеств, Фаэй Милли задорно воскликнула:

– Клянусь зубами кашалота, если мир погибнет, нам некого будет грабить! Так что особого выбора у нас нет. Лично я иду с тобой!

Но не вся команда разделяла порыв девушки-капитана. Заметив это, Бегущий За Ветром сказал:

– Кто-то должен доставить послание градоначальнику Шализалу в Силтакан. Есть добровольцы? Градоначальник вас отблагодарит. Ему нужны храбрые моряки.

Теперь, когда можно было с честью дезертировать, четверть команды пожелала вернуться назад. После того, как лодка отвезла людей на берег и вернулась на джонку, Фаэй Милли спросила:

– Куда теперь?

– В открытый океан, – ответил Бегущий За Ветром. – Надо обойти прибрежные воды Хочитлана по большой дуге. Пока я не собираюсь встречаться с флотом колдунов Тло-Алипока.

Ветер переменился и надул паруса джонки. Она понеслась прочь от берега.

* * *

Постоянный попутный ветер позволил кораблю Фаэй Милли за шесть дней обогнуть половину Восточного континента и повернуть к берегу далеко на юге. Любой другой корабль затратил бы на этот путь не менее четырех недель, даже если бы плыл по привычному пути вдоль берега.

На протяжении всего перехода Бегущий За Ветром и Фаэй Милли дружески общались друг с другом, как и во время предыдущего совместного путешествия. Девушка больше не предпринимала попыток форсировать события, ожидая первого шага волшебника. Но тот словно не воспринимал предводительницу пиратов, как существо противоположного пола, и покидал свою каюту только для того, чтобы поесть и осмотреть горизонт.

Однако на второй день плавания Фаэй Милли все-таки удалось затащить его в свою каюту и с гордостью продемонстрировать идеальную чистоту и порядок. Да и сама девушка преобразилась, словно по волшебству. Она буквально светилась внутренней энергией и заряжала ею всю команду. Создавалось впечатление, что она присутствовала одновременно в нескольких местах, задорной забористой руганью подгоняя моряков.

Если вначале пираты с затаенным страхом ожидали, когда же наступят обещанные волшебником несчастья, то к исходу третьего дня успокоились и начали воспринимать этот поход, как увеселительную прогулку.

Когда впередсмотрящий крикнул: «Земля!», вся команда корабля высыпала на палубу.

Причалить к берегу оказалось совершенно невозможно. Мелководье, сплошь заросшее мангровыми деревьями, простиралось на несколько миль. Корабль шел вдоль берега, а пираты искали удобную бухту или устье реки, куда можно было бы завести корабль. Запасы пищи и воды подходили к концу, так что надо было позаботиться об их пополнении.

Бегущий За Ветром также вышел на палубу. Он давно уже сбросил свой пестрый тласколанский наряд и теперь носил добротную удобную одежду, позаимствованную из пиратских запасов. Фаэй Милли внимательно наблюдала за волшебником. Временами он как будто прислушивался к чему-то, но потом встряхивал головой и с заметным огорчением перебирал пальцами по резному древку копья.

Через некоторое время его непонятные действия, по-видимому, увенчались успехом. Он вытянул копье в сторону берега и громко сказал:

– Там!

Указанное им место внешне ничем не отличалось от остального побережья.

– Лично я думала, что ты ищешь подходящую бухту для высадки, – разочарованно произнесла Фаэй Милли.

– Бухта нам не нужна, – громко объявил Бегущий За Ветром, чтобы его слышала вся команда. – Мы все сходим на сушу. А корабль затопим.

Ему ответил глухой ропот возмущенных голосов. Конечно, пиратам не раз доводилось сражаться на земле, совершая набеги на прибрежные города и селения, но окончательно расставаться с этой отличной военной джонкой никому не хотелось.

– Вы возьмете с собой только оружие, оставшуюся еду и свои самые ценные вещи, – как ни в чем не бывало, продолжал распоряжаться волшебник. – С джонки надо снять все паруса – они нам еще пригодятся.

– А паруса-то зачем?! – удивилась Фаэй Милли.

– Надо! – отрезал Бегущий За Ветром.

– Как же мы потащим на себе все свое барахло? – раздались недовольные возгласы пиратов.

– Вот именно – барахло! – подхватил волшебник. – Я же сказал: возьмите с собой только самое ценное: золото, драгоценные камни. Тюки с одеждой, ткани и резные деревянные безделушки придется бросить вместе с кораблем.

Только грозное имя Бегущего За Ветром и недавняя смерть Шалопая и Гиены удержали пиратов от немедленной расправы над волшебником. Любой другой, осмелившийся отдать им приказ бросить кровью и потом добытое богатство, был бы убит на месте.

Поняв, что назревает бунт, Бегущий За Ветром вытащил из небольшого кожаного мешочка белый полупрозрачный камешек и положил его на ладонь Фаэй Милли:

– Как ты думаешь, что это такое?

Девушка посмотрела сквозь камень на солнце. На ее лице заиграли радужные блики, а в глазах отразился восторг:

– Клянусь гнилыми потрохами дохлого кашалота, это же алмаз! Самый большой и самый чистый из всех, что лично я видела!

Пираты сгрудились вокруг своего капитана и непроизвольно потянули руки к драгоценному камню.

– Этот алмаз стоит больше, чем все ваши пожитки, вместе взятые, – с легкой насмешкой произнес волшебник. – Там, куда я вас веду, такие камни валяются под ногами, как песок. Подумайте, стоит ли тащить на себе облезлые меха и полинявшую парчу, если можно вернуться домой с мешочком таких камушков?

– Так куда же мы идем? – повис в воздухе вопрос.

– Что вы знаете о нашем мире? – спросил Бегущий За Ветром.

Один из пиратов, бывший ученик писца из Варачиша, не слишком уверенно ответил:

– Ну, это… наш мир плоский. Похож на тарелку. Есть Центральный континент, есть Восточный, есть Южный. Еще вокруг них куча островов. Если все время плыть в одну сторону, то становится все холоднее и холоднее – это наступает конец света. Ну, типа, все…

– Не густо, – покачал головой волшебник. – А вот скажи-ка, если мир плоский, то что находится с другой стороны?

Пират почесал затылок:

– Одни говорят, что мы все живем на панцире огромной черепахи, которая плавает в ледяном океане. Еще я слышал, что, вроде, под нами Предвечный Хаос, над нами – Хрустальный Свод, а наш мир – ширма, которая разделяет мир демонов и мир богов.

– В общем-то верно, – пожал плечами Бегущий За Ветром. – Действительно, наш мир плоский, и со всех сторон его окружает космический холод. Конечно, существуют еще и Туманные Мосты, по которым можно пройти в другие миры… Однако разговор не о них. Главное – то, что с обратной стороны нашего мира находится другой такой же плоский мир. И в том, другом мире тоже есть жизнь. Она не похожа на нашу, там нет людей. Точнее, там нет таких же, как вы людей.

– Таких, как мы? – переспросил кто-то.

– Вот именно, – усмехнулся волшебник, – таких, как я и вы. Но это не означает, что мы не можем там находиться. Конечно, путешествовать по обратной стороне будет непросто, но если вы будете меня слушаться, то вернетесь назад не только живыми, но и богатыми.

Ученик писца почесал затылок и протянул:

– Ну-у-у, про обратную сторону нашего мира я тоже кое-что слышал…

– А теперь у тебя есть возможность ее увидеть, – оборвал его Бегущий За Ветром.

Однако по лицам пиратов он понял, что большинство совершенно не обрадовано перспективой далекого путешествия. Только страх перед могущественным волшебником и продемонстрированный алмаз удерживали морских разбойников от открытого проявления недовольства.

Поэтому Бегущий За Ветром обезоруживающе улыбнулся:

– Хорошо. Мы не будем уничтожать корабль. Тот, кто не хочет сопровождать меня дальше, может вернуться на нем в Тласколан… или отправиться в любую другую сторону. Мне нужно всего полторы дюжины храбрых воинов. Так что половина из вас может отказаться от участия в этом деле.

– Добраться отсюда до цивилизованных краев будет непросто… – задумчиво пробормотал кто-то в толпе пиратов.

– Ну, это ваша проблема, – развел руками Бегущий За Ветром. – Я уже давал вам шанс остаться в сравнительно безопасном Силтакане. Сейчас вы можете отступить второй раз. Но третьего раза не будет. Тот, кто пойдет со мной, сюда – назад, к кораблю – уже не вернется. Мы выберемся с обратной стороны нашего мира совершенно в другом месте. Оттуда проще будет добраться до Тласколана, чем до этого южного побережья.

– Да о чем тут думать?! – воскликнула Фаэй Милли. – Какой идиот останется на корабле и откажется от кучи алмазов? Какой недоумок отважится идти назад вдоль побережья Хочитлана без помощи Бегущего За Ветром? Какая трусливая шавка бросит своих товарищей?

«Идиотов», «недоумков» и «трусливых шавок» среди пиратов не оказалось. Вся команда согласилась продолжить путь вместе с волшебником и своим капитаном.

Подготовка к сухопутному путешествию была довольно короткой. Как выяснилось, истинно ценных вещей у пиратов имелось не так уж и много. Добыча состояла в основном из мехов, тканей, нарядов и обуви – то есть того, что перевозили купцы морем, и что теперь невозможно было забрать с собой. Лишь единицы владели драгоценными камнями, золотыми монетами и украшениями. Так что в путь пираты отправились «налегке». Их самой тяжелой ношей были оружие, запасы продовольствия и снятые с корабля паруса. Все остальное имущество осталось на джонке, которая была затоплена неподалеку от берега.

* * *

Пешее путешествие оказалось довольно трудным и продолжительным. Бегущий За Ветром вел пиратов вглубь материка три дня. Они прорубались через густые заросли, перебирались через реки, преодолевали болотистые низины. Хищники не приближались к большой группе людей, а многочисленных мух и комаров волшебник отгонял с помощью резких порывов ветра.

Один раз пираты заметили человеческие силуэты, мелькавшие среди ветвей и листьев.

– Не стрелять! – строго приказал Бегущий За Ветром. – Это местные жители. Они не причинят нам вреда. Я уже послал сообщение их шаману.

Действительно, лесные люди не только не напали на чужаков, но и сложили на пути следования отряда большую кучу разнообразных фруктов, а также несколько крупных птиц и диких свиней. Пираты радостными воплями приветствовали эту прибавку к рациону, состоявшему из сухарей, солонины и вяленой рыбы.

– У тебя, как я погляжу, везде найдутся друзья! – заметила Фаэй Милли, бочком придвигаясь к волшебнику.

– К сожалению, почти так же много у меня и врагов.

– Это не удивительно, у такого великого и известного волшебника обязательно найдутся завистники, – девушка крепко прижалась к нему. – Но вместе мы их обязательно победим!

Бегущий За Ветром прикоснулся к плечу девушки:

– Не сомневаюсь! Только сначала уничтожь своего главного врага – нетерпение!

Слова волшебника прозвучали скорее как обещание, чем как отказ. Так что предводительница пиратов глубоко вздохнула и… отошла в сторону, сделав вид, что ее чрезвычайно заботит справедливый дележ продуктов между членами команды.

На четвертый день пираты увидели горную гряду, преграждавшую им дорогу. Издалека горы выглядели высокими и неприступными, но вблизи оказалось, что между ними имеются достаточно пологие проходы и перевалы. Оказавшись на вершине хребта, пираты поняли, что горная гряда имеет форму кольца. Могло показаться, что это гигантский кратер давно потухшего вулкана, но дна у его внутренней части не было видно. Склоны гор, поросшие густым лесом, постепенно и плавно закруглялись, переходя в вертикальное отверстие в земной коре шириной в несколько морских лиг.

– Что это?! – воскликнула Фаэй Милли, потрясенно глядя на деревья, которые на противоположных стенах отверстия росли кронами навстречу друг другу.

– Это дорога на обратную сторону! – провозгласил Бегущий За Ветром, широко разведя руки в стороны. – Когда-то очень давно, еще до появления человеческого рода, огромный метеорит обрушился на наш мир и пробил его насквозь. Так появилось это отверстие.

– Мы пойдем прямо ТУДА?!

– Не просто пойдем, а полетим. Пешком на другую сторону не перебраться. Надо построить вот такой воздушный плот…

Сгрудившимся вокруг пиратам волшебник начал объяснять, как из высоких тонких пальм соорудить каркас, как переплести его гибкими лианами и на получившуюся раму натянуть парусину, взятую с корабля. Работа закипела. Одни люди валили выбранные деревья, другие собирали лианы, третьи скрепляли между собой полотнища ткани.

Морские разбойники, похоже, уже смирились с тем, что распоряжения Бегущего За Ветром сомнениям и обсуждениям не подлежали. Если кто-то из пиратов и жалел, что согласился последовать за волшебником в это безумное путешествие, то теперь отступать было уже поздно. Все пути назад были отрезаны, и оставалось лишь заботиться о том, чтобы сделать дальнейшую дорогу безопасной. Поэтому пираты работали не за страх, а за совесть, тщательно проверяя прочность древесины и крепость узлов.

Через некоторое время воздушный плот был собран. Он был так велик и тяжел, что его не могли поднять и десять сильных пиратов. Но зато на нем могла разместиться вся команда вместе с припасами.

Бегущий За Ветром придирчиво осмотрел конструкцию, подтянул каждый узел, разгладил морщинки на парусине. Фаэй Милли неотступно следовала за ним, заглядывала ему через плечо и грозила кулаком пиратам каждый раз, когда волшебник хмурился, выявляя мелкие недоделки.

Но в целом воздушный плот вполне устроил Бегущего За Ветром.

– Вы отлично потрудились! – объявил он пиратам. – Располагайтесь на плоту! Теперь пришло время поработать мне.

Пока команда занимала места, волшебник коротко проинструктировал Фаэй Милли:

– Весь путь на ту сторону займет несколько часов. Он вполне безопасен, один раз я уже по нему проходил. Но кому-то из твоих людей он может показаться страшным. Они могут запаниковать. Так как я буду находиться в волшебном трансе, ты должна следить за дисциплиной. Не позволяй никому вставать с места и ходить по плоту. Любое нарушение равновесия может привести нас к гибели. Я могу на тебя надеяться, Милли?

– Лично на меня – да! – твердо заявила девушка.

Затем она обратилась к своей команде:

– Короче, лентяи, кто пошевельнется, тому лично я снесу саблей башку! А до кого я не дотянусь, тот получит стрелу в вонючее пузо! Все слышали?!

Пираты согласно закивали. Они испытывали трепет перед воздушным путешествием, но прекрасно разбирались в таких вещах, как равновесие и остойчивость. Ведь на корабле им также приходилось равномерно распределять груз, чтобы не перевернуть и не затопить судно. А от совместных действий во время шторма не раз зависела жизнь всего экипажа. Так что не только Фаэй Милли могла наказать труса и паникера. В случае необходимости любой пират, не колеблясь, готов был собственноручно придушить того, кто своими действиями мог бы навлечь беду на остальных людей.

Бегущий За Ветром сел в середине воздушного плота, скрестил ноги и поставил вертикально перед собой свое копье с древком, украшенным тонкой резьбой.

– Все готовы? – громко спросил он, обводя взглядом пиратов.

Их лица выражали самые разные степени уверенности: от ледяного спокойствия до нервного тика.

– Все готовы! – ответила Фаэй Милли.

Для придания весомости своим словам она обнажила клинок сабли.

– Тогда расслабьтесь и отдохните! – усмехнулся Бегущий За Ветром.

Он закрыл глаза и замер. Легкий ветер прошелестел по кронам окрестных деревьев, поиграл широкими листьями и разноцветными лепестками цветов тропических растений, взъерошил траву и мох. Затем напор ветра усилился. Но он дул исключительно возле земли, так что листья выше человеческого колена оставались неподвижными, тогда как трава и мох полегли и даже местами оторвались от корней.

Собравшись вокруг плота, ветер ринулся под него, натянув парусину на прочной гибкой раме. Плот задрожал и наклонился на один бок. Некоторые пираты закричали от страха, но большинство лишь сжало зубы и покрепче ухватилось на деревянный каркас. Воздушный плот выпрямился и поднялся над землей. Он взлетел над деревьями и направился в сторону отверстия, проделанного метеоритом.

Фаэй Милли испытующе смотрела на Бегущего За Ветром, словно надеялась по выражению его лица определить, насколько успешно идет дело. Но волшебник как будто окаменел. Он повелевал воздушной стихией и направлял полет плота с закрытыми глазами. Скорость полета увеличилась, и импровизированное воздушное судно заскользило вниз по склону горы, едва не задевая днищем верхушки деревьев.

От места постройки плота до края отверстия было около шести полетов стрелы. Пираты предполагали, что полет плота на такой же высоте продолжится и внутри отверстия. Но, поравнявшись с закруглением, плот полетел прямо вперед, словно Бегущий За Ветром собирался перенести пиратов на противоположную сторону отверстия.

Под воздушным плотом разверзлась бездонная бездна. К счастью, люди находились на некотором расстоянии от края плота, поэтому никто из них не мог посмотреть прямо вниз. Открывшийся вид, несомненно, довел бы до приступа безумного ужаса даже самого храброго и хладнокровного пирата.

Бегущий За Ветром довел воздушный плот до центра отверстия и остановил его, предварительно «порыскав» из стороны в сторону. Затем плот начал опускаться вертикально вниз, сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее. Стены почти идеально круглого отверстия, находившиеся на расстоянии трех полетов стрелы от плота, проносились мимо. Пираты со смесью сладкого ужаса и мрачного восхищения рассматривали далекие деревья, которые тянули к ним свои вершины.

Скорость плота увеличивалась до тех пор, пока его спуск не начал походить на падение. Пираты заволновались и начали возбужденно переговариваться. Фаэй Милли уже собиралась употребить свою власть для подавления нарастающей паники, но в этот момент Бегущий За Ветром открыл глаза, шумно вздохнул и потянулся, разминая застывшие мускулы. Весь его вид выражал спокойствие и уверенность.

На невысказанные вопросы Фаэй Милли и пиратов волшебник пояснил:

– Все в порядке. Все идет по плану. Даже я недостаточно силен, чтобы создавать постоянный ветер, удерживающий наш плот в воздухе. Поэтому я вывел плот в центр отверстия, где действуют равновесные силы притяжения. Теперь мы просто падаем вертикально вниз. Мне остается только поддерживать плот в центре тоннеля, который выведет нас на другую сторону нашего мира.

– Падаем?!

– Ну, скажем, не падаем, а очень быстро опускаемся. Нас притягивает к центру нашего дискового мира. Когда мы минуем середину плоскости диска, наше движение начнет замедляться, так как сила тяжести будет направлена в противоположную сторону. Мы будем лететь по тоннелю по инерции, пока не достигнем противоположного отверстия. Там я вновь подхвачу плот потоком ветра и посажу его на землю.

Успокоенные словами Бегущего За Ветром, пираты уже без особого страха разглядывали проносившиеся мимо стены тоннеля.

Через некоторое время густой лес сменился каменистой равниной, на которой лишь в некоторых местах виднелись пятна зелени – примитивных мхов и лишайников. Но и они вскоре исчезли. Теперь плот падал вдоль бесконечных каменных стен.

– Лично я не ожидала, что наш дискомир такой толстый, – произнесла Фаэй Милли, глядя наверх, где входное отверстие уже давно скрылось из вида, затянутое туманной дымкой. – Почему здесь светло? Ведь солнце осталось на той стороне.

– Хороший вопрос! – похвалил Бегущий За Ветром. – Дело в том, что метеорит не только пробил дыру в дискомире, но и создал уникальнейшую аномалию физических и магических флуктуаций…

– Чего-чего? – переспросила предводительница пиратов.

Волшебник осекся, с легкой улыбкой взглянул в глаза девушки и сказал:

– Не бери в голову. Здесь светло, потому что так устроен наш мир. Кстати, мы еще не добрались до середины пути.

– А когда будет середина?

– Когда жар покажется совершенно невыносимым.

– Жар?!

Бегущий За Ветром повысил голос, чтобы привлечь внимание всех пиратов на воздушном плоту:

– Скоро начнет теплеть! Не бойтесь, подземный огонь нам не повредит! Я уже проходил этим путем и, как видите, жив и здоров.

Действительно, вскоре воздух стал теплым и сухим. Сквозь сизую дымку внизу можно было заметить красные отблески и всполохи. Плот падал так быстро, что не успели пираты обсудить это явление, как своими глазами увидели его причину. В пещерах и пустотах на каменных стенах тоннеля появились потоки расплавленной лавы, от которых и исходил замеченный издалека красный свет. Это было не извержение вулкана, лава не текла, она только колыхалась и пузырилась, словно люди смотрели на поверхность кипящего котла.

Прошло всего несколько минут, а плот уже летел мимо сплошного моря расплавленной лавы. Стало трудно дышать, воздух обжигал легкие, в горле першило от сухости. Пираты заволновались, кое-где послышались полные ужаса восклицания.

– Успокойтесь! – прокричал Бегущий За Ветром. – Скоро все закончится!

– Сидите тихо! – присоединилась к нему Фаэй Милли. – Кто дернется или откроет пасть без надобности, останется без головы!

Но и без их окриков пираты не ударились в панику. А какой смысл был им паниковать или бунтовать, если они находились на ветхом воздушном плоту в тоннеле между двумя мирами в окружении раскаленной лавы? Самостоятельно выбраться из бездны пираты не могли, поэтому им оставалось надеяться лишь на Бегущего За Ветром, который не только завел их в эту огненную преисподнюю, но и обещал отсюда вывести.

Вскоре пираты убедились, что волшебник их не обманывал. В море лавы вначале появились отдельные нерасплавленные обломки скал, затем они стали соединяться перемычками и перешейками, потом огненные языки скрылись в глубине пещер. Воздух посвежел и остыл. На лицах пиратов появились довольные улыбки.

Но успокаиваться и расслабляться пока было рано. Бегущий За Ветром объявил:

– Внимание! Держитесь крепче, сейчас я переверну плот!

Пираты вцепились в деревянные детали рамы. Волшебник закрыл глаза и поудобнее ухватился за древко копья. Вокруг воздушного плота завыл ветер. Плотный воздух ударил в один край плота и… перевернул его, как, собственно, и было обещано. Никто из людей не сорвался и не упал. Вся операция прошла так быстро и неожиданно, что пираты не успели не только испугаться, но даже осмыслить, что с ними произошло. Лишь после переворота они поняли, что теперь плот не падал вниз, а возносился вверх. Мимо все так же быстро проносились голые каменные стены тоннеля, направление движения зависело только от точки зрения наблюдателей. Но и этого было достаточно, чтобы пираты радостно зашумели.

Бегущий За Ветром открыл глаза и ободряюще улыбнулся Фаэй Милли:

– Мы уже преодолели половину пути. Еще немного, и мы окажемся на обратной стороне дискомира.

– Сдается мне, что там наш путь только начнется… – заметила девушка.

Вздохом и коротким пожатием плеч волшебник подтвердил правоту ее предположения.

Дальнейший полет по межмировому тоннелю почти в точности повторил его первую половину, только, разумеется, в обратном порядке. Вначале на каменных стенах показались пятна зелени. Их появление, которое говорило о скором окончании пути, пираты встретили радостными криками. Затем мхи и лишайники сменились широколистной травой, которая, в свою очередь, скоро скрылась под низким, но густым и ветвистым кустарником.

– Начинаю тормозить! – предупредил Бегущий За Ветром.

Он вновь вошел в магический транс. Людям на плоту показалось, что воздух вокруг них уплотнился. Сильный встречный ветер, вызванный волшебником, замедлял скорость полета плота. Когда на стенах появились высокие деревья, в тоннеле заметно потемнело. А наверху пираты увидели темное отверстие, усыпанное серебряными светящимися точками.

– Это звезды! – догадался бывший ученик писца из Варачиша. – Если на нашей стороне мира день, то здесь – ночь. Мы добрались!

Пираты ликующе завопили.

– Молчать, сто морских ежей вам в глотки! – грозно рявкнула Фаэй Милли. – Вы мешаете Бегущему За Ветром!

После этого на воздушном плоту установилась мертвая тишина. Хотя волшебник, сидевший с закрытыми глазами, никак не выражал своего недовольства громкими криками, пираты боялись произнести шепотом даже слово.

Плот больше не поднимался вертикально вверх, он изменил траекторию движения, сместился к стене тоннеля и полетел над деревьями. Вскоре плот вылетел из отверстия между мирами, скользнул к ближайшей достаточно просторной поляне и опустился на землю. Даже почувствовав твердь, пираты без приказа не решились встать или криками выразить свои чувства.

Наконец Бегущий За Ветром открыл глаза и обратился к внимательно смотревшей на него Фаэй Милли:

– Пока темно, не заходите в заросли. Тут опасно так же, как и в наших джунглях ночью. Огня не зажигайте, чтобы не привлечь внимания, но охранные посты установите. Мне надо отдохнуть. Потом двинемся дальше…

Волшебник словно находился в полусне. Даже при свете звезд Фаэй Милли видела, что его глаза затуманены, губы плохо слушаются, руки слегка подрагивают. Она поняла, что перелет между мирами для Бегущего За Ветром был не так прост и легок, как он стремился продемонстрировать. Волшебник смертельно устал и нуждался в продолжительном отдыхе.

– Ну лентяи и бездельники, теперь пора и вам заняться делом!… – скомандовала она своим пиратам.

* * *

Когда Бегущий За Ветром проснулся, солнце находилось почти в зените. Пираты маялись от скуки. Они уже успели соорудить частокол вокруг воздушного плота и теперь бродили возле импровизированного лагеря, присматриваясь к окружавшим поляну зарослям. При ярком свете было совершенно ясно видно, что этот лес во многом отличался от тропических джунглей на той стороне дискомира. Высокие деревья имели неестественный голубоватый оттенок, их стволы были толстыми, бочкообразными, а ветви переплетались с ветвями соседних растений, образуя почти сплошной полог на высоте десяти человеческих ростов. Трава под деревьями также была непривычной: сочной, мясистой, похожей на торчавшие из земли хвосты грызунов. Кое-где виднелись огромные ярко-алые цветы размером с суповую тарелку. Дополняло чуждый пейзаж низкое зеленовато-серое небо, на фоне которого солнце казалось большим красно-оранжевым кругом.

Заметив пробуждение Бегущего За Ветром, пираты начали как бы случайно подтягиваться поближе к нему. Все устали от безделья, все чувствовали себя неуютно, все хотели побыстрее сделать свою работу, получить награду и вернуться к привычной жизни в родном мире.

Фаэй Милли была одной из немногих, кто смотрел на волшебника с безоговорочным доверием:

– Мы не стали разбирать плот. Может, ты захочешь и дальше лететь на нем?

– Нет, – покачал головой Бегущий За Ветром. – Мне сейчас не до полетов. Прикажи снять парусину – она может еще пригодиться, а раму можно бросить.

– Все слышали? – крикнула Фаэй Милли пиратам. – Выполняйте!

Те с готовностью приступили к разборке воздушного плота. Пираты рвались в поход, так как чувствовали себя неуютно на открытой поляне посреди густого леса. Незнакомая, потенциально опасная местность и запрет волшебника до сих пор удерживали их от изучения окрестностей. А неизвестность, как правило, пугает больше, чем определенная и прямая угроза. От врага, которого знаешь и видишь, защититься проще, чем от скрытного, тайного неприятеля.

Была и еще одна причина, по которой нельзя было долго задерживаться на одном месте: запасы воды и пищи почти закончились. А рядом с местом посадки возле выхода из межмирового тоннеля не было ни родников, ни ручьев, ни озер. Плоды на деревьях без разрешения Бегущего За Ветром попробовать никто не решался, а об охоте, тем более, даже не помышлял.

Заметив, что мешки с припасами опустели, волшебник указал на траву:

– Корни этих растений съедобны. На них растут клубни, которые по вкусу похожи на хлебные шарики. Вы можете подкрепиться этой пищей. Но про запас не собирайте. В лесу есть более сытные и крупные плоды. Кроме того, за пределами кратера можно будет поохотиться.

Самые голодные пираты немедленно приступили к сбору клубней. Ими, действительно, можно было утолить голод, но они были такими маленькими, что на сбор достаточного для путешествия запаса потребовалось бы несколько дней. Так что задерживаться на поляне не было никакого смысла.

Слегка подкрепившись, люди взвалили на себя поклажу и двинулись следом за Бегущим За Ветром и Фаэй Милли. Отверстие межмирового тоннеля на этой стороне дискомира также окружало кольцо гор. Поэтому вначале пиратам пришлось преодолеть довольно крутой подъем. Но затем, на вершине перевала, их глазам открылся столь чудесный и удивительный пейзаж, что мгновенно были забыты все страхи и тяготы.

Густой лес спускался с кольцевой горной гряды и постепенно распадался на отдельные рощи и перелески, разбросанные по бескрайней каменистой равнине. Справа далеко в туманной дымке виднелись высокие горы со снежными вершинами. Слева расстилалась ровная поверхность, которая могла быть либо голой пустыней, либо водной гладью.

Бегущий За Ветром указал своим копьем на пространство между горами и равниной:

– Мы пойдем туда. С гор сбегают ручьи с чистой водой. Они сливаются в реку, вдоль которой мы будем идти до тех пор, пока она не станет достаточно полноводной, чтобы спустить на нее плавательное средство…

– Чего?! – переспросила Фаэй Милли. – Опять будем рубить деревья и строить плот?

– Нет, – усмехнулся волшебник, – больше рубить ничего не придется. Мы просто сложим плот из камней.

– Из камней? – недоверчиво произнес один из пиратов.

– Не забывайте, что мы на другой стороне мира. Здесь вы увидите много такого, чего никогда не встречали ранее.

– Мне кажется, что этот мир не слишком-то отличается от нашего, – сказал пират, широко обводя рукой равнину, деревья и далекие горы.

– Это только так кажется. Издалека, возможно, сходство есть. Но вблизи вы поймете, что разница огромна.

– Тут есть и чудовища? – обеспокоено спросил другой пират.

– Сколько угодно! – весело ответил Бегущий За Ветром. – Но они опасны не более, чем привычные вам львы, тигры, акулы и змеи. Нет непобедимых врагов. Каждого из них можно уничтожить или просто избежать с ним встречи, если знать повадки и слабые места. Так что напоминаю еще раз: вы должны повиноваться каждому моему слову, даже если вам покажется, что я говорю совершеннейшую глупость. Я уже бывал здесь, а вы – нет.

– Все поняли?! – грозно спросила Фаэй Милли. – Кого не сожрет местное чудище, того зарублю лично я!

Отряд начал спускаться по склону. Лес с этой стороны гор был более светлым. В нем кипела жизнь. Над головами людей летали яркие существа, похожие одновременно на птиц и крупных насекомых. На стволах и ветвях деревьев сидели маленькие лупоглазые создания, похожие на лягушек, но покрытые перьями. По земле бегали крупные многоножки, которые, впрочем, старались держаться подальше от шумной компании пиратов.

У подножия кратера трава поредела, а потом окончательно уступила место каменистой почве, похожей на мелкую гальку. Полог сплетенных древесных крон оборвался, и отряд зашагал по открытой равнине.

Бегущий За Ветром повел пиратов к ближайшему островку зелени. Он и Фаэй Милли шагали впереди, а отряд из трех с половиной десятков пиратов растянулся позади длинной колонной.

– В той роще мы сможем поохотиться и сделать запасы пищи и воды, – сказал волшебник своей спутнице, указывая на далекие деревья.

– А почему мы не сделали этого там? – девушка махнула рукой назад, в сторону кольца гор, за которыми скрывалось отверстие межмирового тоннеля.

– Если ответить коротко, то там не было подходящей добычи. Кроме того, там охотники разбрелись бы по довольно большой территории, и мне было бы трудно защищать их всех от возможных опасностей. Пусть лучше придется немного поголодать, чем потерять нескольких воинов.

– Потерять? Разве там была какая-то опасность?

– Конечно, была. И не одна. Я ощущал присутствие крупного хищника, который не напал на нас только потому, что нас было много, и мы держались вместе. К счастью, пираты его не увидели. Я думаю, чем позже они познакомятся с опасностями этого мира, тем лучше.

– Почему?

– Тогда они уже не задумаются о том, чтобы заставить меня повернуть назад.

– А разве это возможно? – с хитринкой спросила девушка.

– Я не всесилен, – вздохнул Бегущий За Ветром, – даже меня можно заставить действовать против желания.

– Как, например?

– Ну-у-у, – волшебник с доброй усмешкой посмотрел на Фаэй Милли, – например, пираты могли бы приставить тебе нож к горлу и потребовать, чтобы я вновь доставил их на воздушном плоте на родную сторону дискомира. Тогда мне пришлось бы подчиниться…

– Пусть бы только эти свиньи попробовали дотронуться до меня своими грязными лапами!… – запальчиво начала девушка, но тут же осеклась, осознав слова Бегущего За Ветром: – Ты хочешь сказать, что уступил бы им из-за меня? То есть лично моя жизнь для тебя так важна?

– Да, – просто ответил волшебник.

Девушка едва не задохнулась от радости. Не находя подходящих слов, она сияющими глазами взирала на объект своей любви.

Бегущий За Ветром был несколько смущен таким открытым и сильным чувством. Он глазами указал на шедших позади пиратов:

– Мы тут не одни.

– Ага, – прошептала Фаэй Милли, едва ли поняв, что имел в виду волшебник.

Но тут Бегущий За Ветром, посмотрев куда-то за спину девушки, внезапно вскинул вверх копье, привлекая общее внимание, и прокричал:

– Стойте! Все замрите! Не шевелитесь!

Пираты исполнили этот приказ, остановились, выхватили оружие и начали озираться в поисках грозящей опасности. Но каменистая равнина по-прежнему была спокойна и безжизненна. Над ней даже не летали полуптицы-полунасекомые, которые предпочитали держаться под древесными кронами.

Не заметив вокруг ничего опасного, пираты с немыми вопросами воззрились на Бегущего За Ветром. А тот тем временем медленно, легкими короткими шагами двигался немного в сторону от основного пути колонным. Перед ним по земле струился плотный поток воздуха, который сдвигал и переворачивал мелкие камешки. Волшебник держал свое копье наготове обеими руками.

Не успели пираты удивиться подобному представлению, как поверхность равнины прямо перед Бегущим За Ветром взорвалась фонтаном камней, из которого вырвалась круглая голова на длинной шее. Она была похожа на плотный цветочный бутон. За доли секунды этот «бутон» «распустился», превратившись в широко открытую пасть, окруженную венчиком растопыренных щупальцев. Волшебник воткнул свое копье прямо в глотку чудовища. Оно дернуло шеей, стараясь освободиться и скрыться под землей. Но Бегущий За Ветром всем телом навалился на древко и, действуя им, как рычагом, вывернул голову и прижал ее затылком к земле.

Оправившись от первого шока, Фаэй Милли издала звонкий боевой клич и, подскочив к чудовищу, полоснула его по горлу своей саблей. На каменистую почву хлынул поток темно-бордовой крови. Через мгновение к девушке присоединились еще пятеро ближайших пиратов, которые обрушили на чудовище град ударов.

– Хватит! Довольно! – закричал Бегущий За Ветром.

Пираты отступили, открыв взглядам остальных людей останки, превращенные в сплошное кровавое месиво. Кто-то двинулся вперед, чтобы рассмотреть чудовище поближе.

– Стойте! Это еще не все! – окрик волшебника вновь заставил их застыть на месте.

Бегущий За Ветром взмахнул своим копьем, и вокруг отряда закружились несколько маленьких смерчей. Смерчи описывали круги, постепенно расходясь в стороны. Внезапно чуть поодаль из земли показалась еще одна голова с раскрытой пастью. Потом еще одна. И еще две.

– Нас окружают! – закричал кто-то в хвосте отряда.

– Ничего подобного, – спокойно произнес волшебник, опуская копье. – Эти существа сидят в своих норах и ждут, когда мимо них пройдет что-нибудь съедобное. У них даже нет глаз. Они реагируют на сотрясение почвы. Теперь вы знаете, где находятся ближайшие твари. Можете пойти и убить их. Они довольно вкусные.

Последняя фраза окончательно рассеяла страх пиратов. Разделившись на несколько групп, они направились туда, где из земли еще продолжали высовываться головы подземных обитателей. Обманутые смерчами, существа щелкали своими пастями, не понимая, куда подевалась добыча, только что пошевелившая камешки над их логовами. Копья и сабли пиратов быстро лишили их жизни.

Подземные существа были не так велики, как показалось пиратам на первый взгляд. Их головы не поднимались над землей выше человеческой талии. Тонкая гибкая шея переходила в одутловатое мясистое тело, покрытое тонкой бледной кожей. Шесть тонких лапок походили на конечности насекомых или корни растений. Лапки уходили глубоко в почву, так что для того, чтобы вытащить тела из нор, пиратам пришлось их обрубить. Люди тыкали пальцами в мягкие тела и весело обсуждали, каковы на вкус эти животные. Чудовища, в общем-то, не могли причинить людям серьезный вред. Даже при неожиданном нападении они только покусали бы человека, как собаки, но вооруженный воин легко отбил бы нападение.

– Первое знакомство с местными тварями прошло неплохо, – сказала Фаэй Милли Бегущему За Ветром.

Тот пожал плечами:

– Нам повезло. Я встречал таких существ размером с шестивесельную шлюпку. А мы попали на детскую площадку. Возможно, где-то неподалеку обитает их родительница.

Девушка округлила глаза и помолчала.

Собрав добычу, отряд вновь двинулся вперед. На этот раз в двадцати шагах перед Бегущим За Ветром и Фаэй Милли зигзагами двигался небольшой смерч, который прощупывал почву и шевелил камешки. Пираты держались позади и старались не сходить с безопасной дороги. Эта тактика принесла неплохой результат – по дороге к роще были обнаружены еще три подземных хищника, которые пополнили запасы свежего мяса.

Солнце уже клонилось к горизонту, когда отряд приблизился к зарослям. С противоположной стороны послушался дробный топот, похожий на передвижение небольшого табуна. Пираты насторожились и приготовились к бою, но топот удалялся, становился все тише и тише, а потом исчез вдали.

– Ничего страшного, – равнодушно заметил Бегущий За Ветром, – это местные травоядные животные. Они похожи на кроликов, но живут не в норах, а бегают по равнине большими стаями. Их тоже можно есть, но…

– Что «но»?

– Их почти невозможно подстрелить. Они бегают быстрее стрелы.

Некоторые пираты, которые считали себя неплохими лучниками, недоверчиво хмыкнули. Волшебник сделал вид, что не заметил подобного проявления недоверия к своим словам, а Фаэй Милли состроила мрачную физиономию и положила руку на эфес сабли.

– Если «кролики» паслись в этой роще, то хищников тут нет, – как ни в чем не бывало, продолжил Бегущий За Ветром. – Здесь мы устроим ночлег.

Роща была не слишком большой. Так что костер, разведенный в центре зеленого островка, был виден и с равнины. Фаэй Милли обратила на это внимание волшебника:

– Нас можно заметить даже вон с тех далеких гор. Может быть, стоит срубить изгородь, чтобы прикрыть свет пламени?

Тот ответил:

– На этой равнине и в горах нет разумных существ, которые обратят внимание на огонь. Даже местные животные его не боятся. Они просто не знают, что такое люди с их оружием и огнем.

В разговор вмешался любознательный ученик писца из Варачиша, который находился неподалеку:

– Этот мир вполне пригоден для жизни. Почему же люди до сих пор его не заселили?

– Сюда очень трудно попасть. Собственно, отверстие, пробитое метеоритом – это единственный материальный путь.

– Материальный?

– Есть и еще один способ попасть на обратную сторону нашего мира. Именно его используют колдуны культа Тло-Алипока. Он настолько ужасен и отвратителен, что я даже не хочу о нем говорить. Я привел вас сюда именно для того, чтобы перекрыть колдунам эту дорогу.

Жареное на углях мясо чудовищ оказалось очень вкусным и сочным. Жажду пираты утолили, прорубив отверстия в бочкообразных стволах деревьев, которые указал волшебник, и собрав во фляги вытекший из них сок. Чтобы своевременно защититься от хищников, которые могли появиться с равнины, Фаэй Милли приказала с четырех сторон рощи установить сторожевые посты (морские разбойники по традиции назвали их «вахтами»). Первый день в чужом мире показался пиратам вполне сносным. Погорланив у костра песни и вспомнив былые подвиги, они уснули вповалку, доверив свое будущее девушке-капитану и волшебнику.

Конец ознакомительного фрагмента.