Вы здесь

Арлангур. Глава 4. ПЕРВАЯ ДОБЫЧА (Николай Степанов, 2005)

Глава 4

ПЕРВАЯ ДОБЫЧА

С широко распахнутыми от ужаса невидящими глазами Арлангур неумолимо приближался к конечному пункту своего короткого жизненного пути. Он даже не смог закричать – дух захватило с такой силой, что легкие отказывались дышать. Парню грозило задохнуться до того, как он встретится с землей, но резкий толчок в грудь прекратил спазм. Дыхание вернулось, восстановилось зрение. «Я уже умер?»

Молодой григлон (летун размером с драгана и размахом крыльев в три человеческих роста) в тот день впервые опробовал собственные крылья. Для каждого григлона первый полет знаменовал вхождение во взрослую жизнь, открывающее крылатой твари новый этап существования. Поэтому вчерашний птенец пребывал в состоянии некоторой эйфории. Одурманенный своими успехами и открывшимися возможностями, он совершенно забыл про элементарную осторожность. Оно и понятно: в небе врагов крупнее его самого у хищника не было. Однако если ты летишь возле утеса, предварительно не проверив, нет ли кого на вершине, – готовься к неприятностям. Оттуда могут сбросить что-нибудь. Или кого-нибудь.

Получив внезапный удар по спине, григлон резко потерял высоту, едва удержавшись в воздухе. Приподнятое настроение как рукой сняло. «Птичку» придавило неизвестным грузом, что сразу сказалось на летных характеристиках животного. Ему пришлось изо всех сил работать крыльями, хотя он прекрасно понимал, что долго в таком режиме лететь не сможет. И поблизости, как назло, ни одной полянки для посадки! Хоть бери и падай прямо на ветви деревьев.

Совсем другие ощущения испытывал тот самый груз, который испортил «птичке» праздник. Арлангур не мог понять: почему после перехода в мир иной он по-прежнему продолжает падать? Куда несутся зеленые холмики листьев перед глазами? Почему в ушах стоит свист и что за необычная лежанка трепыхается под ним?

Обернувшись, наездник увидел нависающую над ним Лысую гору и осознал, что поторопился с выводами. Он остался в том же лесу. Правда, гораздо ниже плато Десятого круга, но выше места, куда должен был упасть.

«Неужели Сиер прислал за мной своего гонца?! – От неожиданной мысли парень даже открыл рот, но моментально захлопнул его, чтобы бешеный поток воздуха не разорвал легкие. – Вот здорово!» Другого объяснения юноша найти не мог, а это его вполне устраивало – Арлангур снова поверил в свое грандиозное предназначение. Великий, по-видимому, решил лично облагодетельствовать самого достойного.

Юноша мгновенно забыл про страшную беду, свалившуюся на его плечи, устроился поудобнее, перехватил копье, чтобы оно не мешало крылатому животному, и с восторгом принялся осматривать пейзаж с высоты птичьего полета.

Попадись сыну охотника взрослый григлон, зверь скинул бы безбилетного пассажира в считаные секунды. А этот просто растерялся. Он не знал, что ему делать, и пытался долететь к своим. Они-то должны подсказать. Пока же крылатый извозчик боялся даже оглянуться.

Лысая гора осталась далеко за спиной отвергнутого, когда вконец вымотавшийся летун заметил подходящую для посадки поляну. Хищник начал планировать и бесшумно опустился прямо в центр поляны, стараясь не привлекать внимания более крупных лесных охотников. Вытянув шею, григлон инстинктивно осмотрелся по сторонам. Животных, представлявших угрозу, не ощущалось. Оставалось выяснить главное.

Осторожно оглянувшись, зверь вздрогнул всем телом: на его спине находился самый опасный враг. Но летун почему-то не улавливал магического «запаха», обычно присущего человеку. Наоборот, именно так «пахло» самое любимое лакомство летающих хищников – беренка. Сочетание опасной формы и притягательного «аромата» совершенно обескуражило зверя. На всякий случай он упал и притворился мертвым.

«Что же это у Великого такой хилый извозчик? Взялся везти, так вези к хозяину. Куда же теперь идти?» Юноша слез со спины зверя и продолжил путь на восток. В ту сторону, куда была вытянута морда животного. «Может, тут и осталось всего несколько шагов?»

Арлангур не успел отойти от края поляны, как сзади донесся странный шум. Любопытство заставило парня обернуться.

– Вот чудеса! – не удержался он: крылатой твари на прежнем месте не оказалось. – Да что сегодня творится на этом свете?!

В голове появились смутные сомнения. Юноша насторожился, словно очутился в окружении недружелюбно настроенных сверстников. Его снова обманули, но кто и почему? Логическая цепочка начала выстраиваться заново.

«Сиер выделил меня среди других, потому что я лучший, – первое утверждение было незыблемым и сомнению не подлежало. – Он решил отметить достойного своим личным участием, но…» Дальнейший ход мыслей никак не выстраивался ни в какую схему. «Если Великий прислал гонца, значит, был уверен, что тот справится с поставленной задачей. А если посланник не справился, значит, Великий просчитался? Ой!» От собственных кощунственных мыслей юноша вздрогнул. «Чур меня!» Арлангур даже постучал кулаком по голове для скорейшего изгнания крамолы. Легче на душе почему-то не стало.

«Может, Сиер решил еще раз убедиться в том, что я достоин его милости? – Ищущий всегда найдет объяснение самому необъяснимому стечению обстоятельств. – Что ж, я готов! Я никого и ничего не боюсь!»

Парень расправил плечи, выпрямился во весь рост и поставил копье к ноге, ожидая, что сейчас на поляну ворвутся злые монстры. Он простоял так около часа, но ни одна тварь не появилась испытать его храбрость. Спрашивается, какой смысл демонстрировать отвагу, если никто ее не видит?

«Неужели я их так запугал?» Внутреннее напряжение немного отпустило, и храбрец уселся на траву. Рядом, как из-под земли, выползла тонкая полосатая веревка. Эта разновидность змеи не представляла особой опасности для взрослого человека, но лишенному предназначения подростку могла причинить серьезные неудобства. «Расслабишься здесь, как же!» Парень замер. На его счастье, мелкого гада уже присмотрел другой хищник. Птица из семейства крупноклювых спикировала с дерева и через секунду уселась с добычей на большом суку. Однако и ей не суждено было спокойно отужинать. Маскируясь под цвет коры, чуть выше летающего охотника пряталась гурада – крупная ящерица с крючковатыми выступами на спине, отличить которую от веток можно было только в момент атаки. Пресмыкающееся выстрелило языком, и птичка исчезла в зубастой пасти хищника. Окружающий мир недвусмысленно напоминал сыну охотника о своих законах: чуть зазеваешься – и можешь стать чьим-то завтраком, обедом или ужином.

«Кто-то неплохо подкрепился», – с завистью подумал Арлангур, вспомнив, что со вчерашнего вечера у него не было ни крошки во рту. Возбуждение от встречи с норкордой и предстоящего Посвящения накануне вечером напрочь прогнало аппетит, зато сейчас он вернулся и принялся требовать положенное с утроенной силой.


«Заблудившиеся» охотники вернулись в королевский дворец лишь поздно вечером. Складывалось впечатление, что их там абсолютно не ждали: стража долго выясняла личности высокопоставленных вельмож, не желая открывать ворота. Все закончилось вызовом дворецкого, но и тот продержал высоких гостей на входе около часа.

– Где Ниранд?! – Обычно невозмутимый король встретил опоздавших с явным раздражением.

Заговорщики опешили. Они наивно полагали, что с сего момента монарх будет плясать под их дудку – и вдруг такой холодный прием.

– Мы не смогли за ним угнаться. Ваш ловчий настолько увлекся погоней за беркланом, что не заметил, как оказался на территории Вурганских дебрей. Там мы обнаружили следы его скакуна, – робко высказал официальную версию берольд Пардензак.

– Вы оставили его там одного? – почти прорычал Бринст.

Мятежные дворяне почувствовали себя не в своей тарелке. Пардензак поспешил спрятаться за спины компаньонов. Вперед вышел молодой Мурланд. После потери нового замка он пребывал в ужасном расположении духа, а поведение короля лишь подлило масла в огонь.

– Искать человека в Вурганских дебрях – не только попусту терять время, но и подвергать опасности жизнь наших гостей. Мы не могли пойти на это, нужно было успеть засветло выбраться из леса.

Тон, которым берольд произнес свою короткую речь, несколько охладил пыл властителя Далгании.

– Вы поступили правильно, берольд. Если ничего страшного не случилось, Ниранд сумеет выбраться и сам, в противном случае ему все равно никто не поможет. – Король внимательно осмотрел присутствующих. – Почему я не вижу с вами зурольда?

– Зарден сослался на важные дела и покинул нас еще до начала охоты. Вы же знаете, охотиться он предпочитает лишь на красоток. – Мирольд попытался изменить направление беседы.

– Понятно, – подвел черту Бринст. – Сейчас располагайтесь на ночлег, а завтра утром, господа, я прошу вас покинуть дворец. Матушка действительно плохо себя чувствует, поэтому нам не до приемов. Что касается иностранных гостей, то поручаю их вам, берольд. Раз уж вы начали проявлять заботу, продолжайте в том же духе. Я слышал, вы недавно построили новый дворец? Значит, будет что показать иностранцам. А сейчас я вас оставлю, господа, у меня много дел.

Не дожидаясь вопросов, король величественно развернулся и покинул гостиную, оставив за спиной изумленных заговорщиков.

– Насколько я понял, нам недвусмысленно указали на дверь, – с сильным акцентом произнес декронд Бишток.

– Нет, – уточнил Мирашта, – нам не просто показали, где выход, но еще и дали пинка под зад, чтобы не слишком задерживались. Что это значит, господа? Если мне не изменяет память, агрольд обещал совершенно другое. Кто утверждал, что король – тряпка? Сегодня у нас на этот счет появились серьезные сомнения. И в ваших интересах развеять их в самое ближайшее время, иначе владыка Зирканы пересмотрит свои взгляды на внутриполитическую обстановку в Далгании.

– Кронд, после недавнего происшествия в лесу я бы не стал ссориться с агрольдом. Вы теперь либо с Дербиантом, что предполагает его покровительство, либо сами по себе. Участие в покушении на королевского министра автоматически превращает вас в преступника, а при таких обстоятельствах даже владыка Зирканы не станет вмешиваться в правосудие, если ситуация начнет развиваться по незапланированному сценарию. Вами пожертвуют в первую очередь, – упоминание Бринстом недавно построенного замка еще пуще разозлило Мурланда.

– Спокойной ночи, берольд. – Мирашта не стал продолжать дискуссию и, небрежно кивнув остальным, направился в свои покои вместе с кузенами.

– Утром я за вами зайду, – крикнул им вдогонку Мурланд. – Король вверил вас моим заботам, а я, как любой верноподданный, не могу ослушаться приказа Его Величества.

Когда иностранные гости удалились, Пардензак опасливо произнес:

– Как бы они не начали собственную игру…

– Пусть только попробуют! Завтра я им продемонстрирую, насколько опасно играть с нами в прятки. Если не ошибаюсь, кронда разместили в новом крыле замка?

– Ты что задумал? – заволновался мирольд. – Агрольд настрого запретил самодеятельность.

– Что же мне теперь, согласовывать с ним каждый свой шаг? Нашим союзникам не помешает получить небольшой урок, чтобы знали: от нас ни за какими замками укрыться нельзя. Даже в королевских покоях.

– Ладно, пошли отдыхать, завтра предстоит нелегкий день, – вздохнул Пардензак. – Я с утра собираюсь заехать домой и к агрольду, давно обещал представить свою дочь при его дворе. Заодно обсудим странное поведение монарха. Должно же быть какое-то объяснение.

– Его королевское Величество, кажется, все нам уже объяснил, – с издевкой напомнил племянник Дербианта.

– Хотелось бы услышать более правдоподобную версию.


Случай с отказом в предназначении всколыхнул всю деревню. Когда у подножия Лысой горы не было найдено тело юноши, прыгнувшего с огромной высоты, начался настоящий переполох. Ни один из старейшин не мог теперь определенно сказать, кем считать Арлангура. Его нельзя было считать проклятым, поскольку, оказавшись лишенным Посвящения, он так и не переступил черту, отделяющую плато Десятого круга. И все же Арлангур перестал быть обычным подростком, исчезнув без следа в бездонной пропасти.

Этого никто в Маргуде объяснить не мог, а неизвестное всегда пугает.

Мужчины и женщины обратились к предвестницам, чтобы узнать, чем обернется такое знамение. Популярность этой женской специальности в деревне мгновенно возросла. Одни пытались выяснить свою собственную судьбу, другие интересовались прогнозами на урожай, третьи спрашивали о здоровье детей….

Предсказательницы работали изо всех сил, их пророчества вселяли в души соплеменников еще большую тревогу. Никогда ранее в Маргуде не появлялись столь страшные прогнозы на ближайшее будущее: жителям грозили всяческие катаклизмы, как природные, так и социальные. У некоторых грядущее проглядывалось единым черным или красным пятном, после чего им советовали удалиться и возвращали плату за предсказание. Люди потянулись к старейшинам своих кланов – нужно было срочно что-то делать. Деревня стояла на краю гибели.

В конце концов, на сходке глав кланов было принято решение разбудить мудрую Верину – древнейшую старуху, которая последние десять лет пребывала в забытьи. Никто не знал, что до сих пор удерживало ее на этом свете, зато было известно, что ее предсказания всегда сбывались, а советы часто выручали население Маргуды из разных бед.

– Вижу седого мужчину, оседлавшего смерть. Он спешит к нам, хотя знает, что уже опоздал. Если он прибудет завтра до полудня, зло найдет дорогу к сердцу Маргуды через день, если после полудня – каждый десятый житель деревни будет обречен на скитания, а остальным и вовсе не суждено состариться.

Высохшая, как мумия, бабка произнесла свою речь свистящим шепотом, но ее услышал каждый.

– Мы можем помешать предвестнику зла проникнуть в Маргуду? – начали задавать вопросы старейшины.

– Ему нельзя препятствовать, иначе ночь поглотит всех.

– Есть ли хоть какой-то шанс отвести проклятие от нашей деревни?

Опираясь на палку, старушка подошла к соборному костру. Обойдя его три раза, бросила в огонь горсть земли, ветку фруктового дерева с одним листком и прядь собственных волос. Языки пламени резко взметнулись вверх. Ведунья подала знак своим помощницам, они подняли большой глиняный чан с водой и опрокинули его в костер. Вода зашипела, встретившись со своим извечным врагом, а над кострищем возникло причудливое облако.

Верина вошла в центр дымящегося пепелища. Жaра, исходившего от горячих углей, она не чувствовала. Взгляд старушки сконцентрировался на облаке, и постепенно клубы пара прекратили движение вверх. Мало того, они начали оседать возле ее ног, образуя плотный туман темно-серого цвета.

– Проклятие сие простерло свои черные крыла над всеми нашими землями. Оно огромное, словно небо, и неизбежное, как уходящее время. Неисчислимые темные силы стоят за ним, настолько могучие, что нет им равных в этом мире. Только двое абсолютно несхожих, объединенных одной слабостью, могут перечеркнуть планы зла. Передайте эту мою последнюю исповедь седому мужчине, а потом сразу бегите прочь из деревни. Строго на юг. И не останавливайтесь до тех пор, пока на вашем пути не упадет дерево. Да хранит вас Великий Сиер!

Туман мгновенно рассеялся, оставив после себя выжженный пятачок земли без каких-либо следов присутствия Верины. Она выполнила свою последнюю миссию на этом свете и исчезла, что могло означать только одно: ее предсказание сбудется наверняка.


Арлангур отыскал в лесу знакомое дерево, которое обходили стороной все животные, кроме беренки. По словам отца, это растение с тонкими прутиками вместо веток являлось вампиром. Оно было не опасно лишь тому, кто пока не имел предназначения или был лишен магических способностей. Подобных существ в здешних краях практически не встречалось. Сын охотника знал всего одного такого представителя животных и три вида птиц, но ни те, ни другие не обитали в этих дремучих чащобах, и поэтому конкурентов на самое надежное укрытие у парнишки не было. Как, впрочем, и пищи, которой они могли бы послужить. Пришлось ложиться спать на голодный желудок.

Арлангур решил, что лучшее время для добычи – раннее утро. Но и утро не принесло особых успехов. Одно дело – работать приманкой, другое – самому охотиться на хищника, позарившегося на беззащитного живца, а тем более – совмещать две эти роли в одном лице. Дикий драган, которого юноша выследил утром, пустился вскачь раньше, чем парень приблизился на расстояние выстрела, а берклан так рьяно бросился в погоню за двуногой дичью, что приманке едва удалось добежать до спасительных прутиков. Когда же, оказавшись в безопасности, молодой охотник вспомнил про копье, хищника уже и след простыл.

«Почему они все здесь неправильные?! – возмутился запыхавшийся бегун с копьем. – Он что, не мог задержаться? Подождать, пока я повернусь лицом?»

Предприняв еще три неудачные попытки заманить хищников ближе к своему убежищу, юноша осознал, что совмещение двух дел – не лучшая идея. Приманка должна находиться в стороне от охотника, только в этом случае можно хладнокровно прицелиться и нанести точный удар.

«Когда ты был совсем маленьким, мне приходилось делать из веток чучело, похожее на беренку. Внутрь я прятал небольшой кусок мяса для запаха, но самым трудным было заставить двигаться это сооружение», – вспомнил Арлангур рассказ отца.

Отсоединив лезвие копья от древка, парень нарезал тонких веток и сплел из них фигуру молодой беренки. Но где ему взять тот кусок мяса, от которого он и сам бы сейчас не отказался? «Вот бестолочь! – вдруг осенило молодого человека. – Я же ничем не хуже!» Он чиркнул лезвием по ладони, и приманка окропилась кровью. Осталось только привязать длинную тонкую лиану, перебросить ее через ствол дерева и начать потихоньку тянуть. Глядишь, кто-нибудь и обратит внимание на творение рук человеческих.

Притаившийся подросток медленно сматывал нить, отодвигая приманку все дальше и дальше от себя. Иногда он делал остановки возле небольших полянок, поросших высокой травой, чтобы травоядное «пообедало». Когда до дерева, через которое была перекинута лиана, оставалось несколько шагов, тишину леса разорвал грозный рев. Перед глазами Арлангура возникла грациозная фигура черного хищника неизвестной породы. Размерами чуть больше взрослого человека, тварь имела четыре лапы с мягкими подушечками, скрывающими мощные острые когти. Шея, едва уступавшая туловищу по толщине, гордо держала почти круглую голову с треугольными ушами и забавным острым носом. Когда когти зверя застряли между прутьями приманки, животное выгнуло спину и зашипело.

«Кто это?» – сам себя спросил охотник, не решаясь броситься на добычу. Иногда нерешительность бывает во благо. Пока Арлангур любовался необычным существом, «купившимся» на его незамысловатый трюк, раздался треск ветвей и рядом появился еще один зверь. «Что за ерунда! – возмутился парнишка. – То ни одного не дождешься, то сразу двое приходят. Ой! Кого я вижу! Неужели тразон?» Тупорылая зубастая пасть, сидевшая прямо на туловище с укороченными передними лапами, мощные задние конечности и заостренный хвост, оканчивающийся тремя костяными выступами, могли принадлежать только этому хищнику.

Тразон по размерам превосходил черного противника раза в четыре, если не больше, и поэтому посчитал, что имеет полное право позавтракать его плотью. Однако мелкий хищник даже со «связанными» когтями имел на этот счет собственное мнение, и оно шло вразрез с желанием хозяина дремучих чащоб.

Пытаясь избавиться от чучела, зверь отчаянно затряс лапой и добился-таки своего: корзинка отцепилась от когтей и полетела прямо навстречу пасти гиганта, когда тот решил сделать из предполагаемой жертвы жаркое быстрого приготовления. Плетеная корзинка зацепилась за зубы второго хищника, преградив путь снопу огня. Поджарив собственный язык, тупорылый монстр впал в неистовство. Он попытался достать наглеца передними лапами, раздавить задними, но черному удавалось увернуться. Остроносый давно бы убежал, но ему мешала та самая веревка, которая двигала приманку. Сопротивление продолжалось. Несколько глубоких царапин на теле тразона показали, что когтями черный зверь работает как надо, да и с огнем умеет обращаться: вскоре к обожженному языку монстра добавился ожог возле левого глаза. Пара минут такого сражения – и от гиганта бы ничего не осталось, но его соперник снова наступил на грабли. Точнее, он позволил толстокожему наступить на свой хвост, и это парализовало юркое животное. Гиганту оставалось только нанести решающий удар…

«Если дерутся двое, дождись, пока станет ясно, кто победитель, а кто побежденный. Дождался – все равно не торопись. Удар нужно наносить, когда жертва уже не сможет сопротивляться, а убийца предвкушает скорую победу. Тогда он всецело занят схваткой и не замечает, что творится вокруг». – Вспоминая наставления отца, юноша занял самую удобную позицию – со стороны ослепленного глаза тразона. И, прицелившись, бросил копье.

Благодаря рунам лезвие легко преодолело магическую защиту зверя и, пробив череп в самой тонкой его части, застряло в голове. Монстр развернулся к нападавшему и упал, едва не задавив тушей второго хищника.

Охота прошла успешно. Юноша подбежал к поверженному, вытащил копье и быстро отрезал хвост – единственную часть тела тразона, пригодную в пищу. «Пора в укрытие, а то еще кто-нибудь припрется. – Взвалив аппетитную ношу на плечо, парень развернулся. Он был очень доволен собой – первая добыча оказалась самым грозным хищником лесов. – Такого зверя не каждый взрослый добыть сумеет».

– А меня ты здесь так и оставишь? – донесся сзади хрипловатый мужской голос.